новости 21 ноября 2012

Ангельская быль

«Dawn way. Дорога вниз без остановок» привела зрителей на распутье: мир катится в тартарары или все­таки есть надежда увидеть рассвет? Премьера спектакля состоялась
9 ноября в Рыбинском драматическом театре.

­ Ты видел?! Я вправо ­ оно вправо, я влево ­ оно на меня… Потом ­  удар, оно на капот, и под колеса! Что это было?!

­ Человек.

­ Как человек??? Он же летел… Летел на меня!

­ Значит, птица.

­ Такая большая, с человечьим лицом???

 

По словам режиссера Антона Неробова, он выбрал для постановки весьма редкий в наше время жанр ­ сатирическую комедию. Поощряемое публикой стремление придать репертуару весомость. Выбор остановился на пьесе, написанной современным уральским драматургом Олегом Богаевым. 

Богаев ­ фигура весьма известная в театральном мире. Ученик Николая Коляды, лауреат целого ряда литературных премий, в том числе «Антибукера»; спектакли по его произведениям ставятся по обе стороны океана. Его пьеса «Dawn way» вошла в десятку лучших пьес 2008 года. Драматург берет тесную банку сатирической комедии, куда запускает своих разношерстных героев. И наблюдает за ходом эксперимента: какое начало победит в человеке ­ темное или светлое?

Антон Неробов взялся вовлечь в этот эксперимент рыбинскую публику, представив четкую до графичности постановку.

Итак, полсцены занимает неимоверных размеров белый куб. Остальная часть пространства тонет в темноте ­ ночь, затерянное где­то шоссе. Но вот в глаза бьет свет фар, визг тормозов, звон стекла. Машина сбивает человека. За время спектакля он попадет под колеса еще дюжину раз. После каждой аварии из авто выходят люди: молодожены и рабочие похоронной службы, пьяные ДПС­ники и врачи «Скорой», депутат с телохранителем и суррогатная мать, священники и торгаши курицей­гриль… Все они очутились на безлюдном шоссе случайно ­ заблудились. Каждый из них оказывается перед выбором: помочь пострадавшему или оставить погибать, свалить с места ДТП, пока никто не видел. И во всех случаях колоритные персонажи проваливают экзамен на человечность, демонстрируя трусость, равнодушие, жлобство….

Где­то после третьего ДТП несколько человек покидают зал: «Не впечатлило, не оправдало надежд, пришли на комедию ­ отдохнуть, развеяться, а здесь такая тоска…» (Не оттого ли и первая чеховская «Чайка» провалилась в Питере, там ведь тоже публика пришла посмеяться). Они уже не узнают, что посреди дороги в луже крови лежит вовсе не человек, а Ангел. Впрочем, это тоже мало что меняет. Напрасно еле живой он настойчиво протягивает своим убийцам кубики, поворачивая их разными гранями. Никто из них не поддается на «провокацию» и не заглядывает за плоскость своего мирка, где есть проблемы и поважнее чужой смерти. «Люди  ­ это пустая затея… Едут куда­то, спешат…
А там, вон за тем поворотом дороги, их всех ожидает сюрприз». И от этой бессмысленности становится жутко.

Вот и весь сюжет спектакля. Простой донельзя ­ как черное и белое. Как сама наша жизнь. Вообще простота ­ главная эстетическая характеристика спектакля, как говорит художник Татьяна Петрушова. Извечные, прoклятые вопросы рыбинцы решают в духе радикального минимализма. Крайне аскетичные декорации (помимо упомянутого вращающегося куба, есть еще автомобиль, состоящий из нескольких белых коробок), 8­битная музыка, записанная рыбинцем Михаилом Ершовым и Олегом Никитиным из Краснодара. Диалоги более напоминают комедийные скетчи и уж точно далеки от шекспировских: шершавый язык маршруток и подворотен, юмор чернее, чем ночь. Опять­таки все, как «в реале», только в сгущенной концентрации. А потому «театральность», проскальзывающая порой в интонациях актеров, резала слух. Для артистов ­ Владимира Калюкина, Павла Иванова, Аллы Смоленковой, Людмилы Храновской ­ этот спектакль стал экзаменом на профессионализм, так как требует многократного перевоплощения. Все они, кроме Сергея Молодцова, играющего Ангела, исполняют по несколько абсолютно разноплановых ролей.  А их в спектакле более двух десятков. Задача одновременно сложная и интересная, признаются артисты.

Олег Богаев ­ известный любитель «приключений слов», всякого рода лингвистических парадоксов. Вот и в «Dawn way» без них не обходится. Тем, кто не слишком преуспел в английском, может показаться, что подзаголовок «Дорога вниз без остановок» ­  всего лишь перевод названия. Но это не так. Драматург ловко жонглирует импортными словами ­ Dawn ­ «рассвет» и Down ­ «вниз». Игра обретает философскую глубину. Так все­таки дорога вниз или навстречу рассвету?
К гибели или спасению ведет путь?

 «Если падаешь вниз, то падаешь навсегда и без остановок! Давайте спустимся вниз и как следует разглядим эти падшие души», ­ с такими словами Дьявол обращается к Богу. И тут… 

«Смутил момент, когда «разглядывали падшие души», наведя камеру на зрителя. Эффектно, но, на мой взгляд, это лишнее…», ­ пишет в социальной сети молодая девушка. «Люди привыкли видеть на сцене какую­то сказку, которой в жизни быть не может, а им преподнесли суровую реальность, которая встречается на каждом шагу. За себя говорю, что была в восторге!» ­ выражает свое мнение зрительница постарше. «Совершенно необычное чувство… ­ размышляет еще один театрал. ­ Вот ты уверяешь себя, что да, есть мрак, подлость, грязь, но ты во всем этом не замешан, ты белый и пушистый, а тебе вдруг ­ словно таз ледяной воды на голову ­ нет, и ты тоже, ты тоже один из них ­ из тех, кто заблудился…»

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме