новости 19 июня 2013

«На случай приближения к городу ­ пункту врага…»

 О жизни Рыбинска в годы войны известно в основном по немецким бомбежкам, эвакуации заводов, подвигам наших земляков в тылу и на фронте. А что происходило в это время в непосредственной близости от границ Ярославской области? Ведь осенью 41­го война была совсем рядом…

День «Д»

карта центрТак называлась дата наступления группы армий «Центр» на Москву в рамках операции «Тайфун». В немецких документах октября-­ноября 1941 года, дневнике начальника Генштаба германских сухопутных сил Гальдера и директивах Гитлера Рыбинск упоминается не менее 14 раз. В приказе командующего группой армий «Центр» фельдмаршала фон Бока от 14 октября 1941 года указывалось, что «возможно, в дальнейшем возникнет необходимость удара моторизованных частей в направлении на Ярославль и Рыбинск».

Наступление на Рыбинск и Яро­славль наряду с южным направлением центрального участка фронта стало частью плана по созданию «большого кольца» вокруг Москвы. Его результатом стала бы ее изоляция от севера европейской части страны, пресечение поставок по «ленд­-лизу» через порты Мурманска и Архангельска. Создание еще более угрожающего положения осажденному Ленинграду.

 Приказ № 2250

«Наступать на Ярославль и Рыбинск» ­ такая задача «после наступления хорошей погоды» была поставлена фон Боком 28 октября 3­й танковой группе генерала Рейнгардта. В приказе № 2250 по группе армий «Центр» от 30 октября 3­й и 4­й танковым группам (генералов Рейнгардта и Гепнера) предписывалось: после выхода на рубежи к северо­-западу от Москвы «в перспективе наступать на Ярославль и Рыбинск».

Немецкая танковая группа по штатам того времени ­ это около 500­600 танков и несколько пехотных дивизий. К концу октября они уже топтались на рубежах к востоку и северо­-востоку от Калинина. Однако на перегруппировку и накопление сил ушло две недели. Позже это стало одним из факторов провала немецкого наступления на Москву.

Пароль «Основа»

война«Конечная цель ­ выход на рубеж Ярославль­-Рыбинск (а возможно Вологда) остается прежней» ­ а это уже из дневника Гальдера об указаниях Гитлера на совещании в Ставке 19 ноября 1941 года. Через несколько дней после начала нового наступления  немцев на Москву.

Известно, что еще 22 октября постановлением Государственного комитета обороны и решением Ярославского обкома ВКП(б) в Ярославле и Рыбинске были созданы городские комитеты обороны «в интересах сосредоточения всей гражданской и военной власти и установления строжайшего порядка в городе Рыбинске и прилегающих к нему районах».

9 ноября выходит приказ Ярославской боевой группы о назначении начсостава Рыбинского боевого участка. Эта группа была своего рода внутренним эшелоном обороны до подхода советских войск.

Центр оперативного управления участка располагался в здании Пушкинского военного авто-технического (танкового) училища. Начальники боевых секторов, командиры всех воинских частей должны были сообщать оперативному дежурному «о всякой высадке авиа-десантов, отдельных парашютистов, бомбежке отдельных районов авиацией противника» и «о принятых в связи с этим мерах».

22 ноября, в разгар немецкого наступления, выходят указания начальника Рыбинского боевого участка по связи, порядку ведения телефонных переговоров, передачи приказов и распоряжений, приема донесений.
В разговорах по телефону запрещается упоминать действительные наименования войсковых частей, устанавливаются пароли, коды для передачи шифрованных телеграмм. Каждая часть имела свой пароль. Для штаба участка был назначен пароль «Основа».

 План «Б»

Считается, что после окружения советских войск под Вязьмой в начале октября 1941­го в Москве царила паника. Войск перед Москвой не было. НКВД, по воспоминаниям генерала Павла Судоплатова, на случай оставления города методично минировало объекты жизнеобеспечения, центры управления, предприятия. Никакой определенности в судьбе Москвы и ближних тылов советских войск еще не было.

Обратимся к документам рыбинского архива…

27 ноября 1941 года начальнику рыбинской пристани и директору завода «Рыбгавань» была адресована инструкция,  которая предусматривала комплекс работ «по эвакуации и разрушению, производству работ по уничтожению оборудования заводов, мастерских, судокоманд, затоплению самоходного и несамоходного флота в местах зимовок» на случай «приближения к городу ­ пункту врага». Она имела два варианта: «А» и «Б». Первый предусматривал эвакуацию имущества и оборудования. Второй ­ их уничтожение. Затопление флота предполагалось в обоих случаях. В варианте, или плане «Б», речь шла о действиях речников на случай попадания предприятия в зону боевых действий. Эвакуация и разрушение должны были производиться по распоряжению военного командования фронта, армии или воинского соединения, обороняющего территорию данного района. В случае непосредственной угрозы захвата флота врагом он должен был быть затоплен или взорван «при любых условиях риска для жизни исполнителей». Причем с расчетом, исключающим возможность его восстановления.

Судя по документам, подобные эвакопланы должны были составляться на многих предприятиях Рыбинска с учетом их отраслевой специфики.

Проводилась и частичная эвакуация Волголага. При этом 3 000 заключенных из «Больничного городка», размещенного в зданиях бывшего Промстроя, даже в случае эвакуации лагеря планировалось «оставить на месте».

 Иван Кочуев, член Совета Рыбинского отделения ВООПИиК

Материал подготовлен с использованием документов Рыбинского филиала госархива Ярославской области

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме