новости 7 ноября 2013

Огонь, вода и медные трубы полковника Туркина

Таких людей, как Александр Туркин — заместитель командира ОМОН УМВД России по Ярославской области города Рыбинска по технике и вооружению, полковник полиции — принято уважительно называть ветеранами. Но образ убеленного сединами вояки, находящегося на заслуженном отдыхе, никак не вяжется с моим собеседником. Он непререкаемый авторитет для сослуживцев и просто приятный собеседник. О своей службе он рассказывает без лишнего пафоса и апломба, попросту говорит о командировках в Чечню, о стычках с бандитами, в общем, обо всем, что составляет суть непростой работы, которой он отдал почти двадцать лет.

Боевое крещение

DSC_0284Подразделения ОМОН начали создаваться в СССР с 1988 года — в стране на тот момент не только повеяли ветры демократии, но и начала обостряться криминогенная обстановка, все чаще стали употребляться выражения «организованная преступность», «бандитизм». Поддерживать правопорядок и были призваны омоновцы. Когда в городе стали создавать свой отряд милиции особого назначения, Александр Туркин оказался в рядах первых добровольцев. За плечами у 22-летнего парня была служба в армии и работа в патрульно-­постовой службе милиции, поэтому он сразу получил «добро» от руководившего в ту пору рыбинским отрядом милиции особого назначения Валерия Костерина.
— Как сейчас помню, 2 февраля 1994 года мы как самостоятельное подразделение ОМОН впервые вышли на улицы города для несения службы. Тогда со стороны напоминали какую-то разношерстную команду, — с улыбкой вспоминает Александр Николаевич. — Кто-то — в дубленках и яловых сапогах, кто­то — в шинелях и меховых зимних шапках. Только спустя несколько месяцев нас экипировали как положено.
За двадцать лет службы Туркин ни разу не пожалел о сделанном выборе, хотя трудностей в работе было предостаточно, и в первую очередь все они связаны с частыми командировками в «горячие» точки. Когда началась первая чеченская кампания, бойцов ОМОНа туда отправляли по три раза в год. Они не успевали отдохнуть от одной командировки, как приходилось вновь ехать назад, вновь испытывать судьбу на прочность. Охваченный войной Грозный Александр Туркин помнит до сих пор:
— Из рыбинского ОМОНа тогда было командировано двадцать человек. Помню, приехали, а там кругом — стрельба, взрывы. Естественно, первые ощущения были не из приятных. Потом, когда втянулись в работу, чувство страха притупилось. По долгу службы мы осуществляли патрулирование Грозного, в засадах сидели — снайперов отслеживали. Помню, стояли в комендатуре Ленинского района, а рядом находилась опустевшая школа, из которой в нашу сторону велся непрерывный огонь. Было принято решение ночью выдвинуть туда оперативную группу для того, чтобы зачистить здание.
Именно тогда Туркин понял, что ахиллесова пята его службы — это вовсе не страх быть раненым или убитым, а пугающая неизвестность. «Каждый раз думалось — что там? Сможем задержать бандитов или нет? Помню, когда после зачистки заняли ту пресловутую школу и с третьего этажа охраняли подступы к комендатуре, всю ночь в округе были слышны шорохи, шаги — за нами неотрывно наблюдали десятки невидимых глаз. По мне так лучше встретиться с противником лицом к лицу в открытом бою, чем так», — вспоминает ветеран.

Плечом к плечу

Tambov_OMON_in_Nizhny_NovogordАлександр Николаевич уверен — в ОМОН идут служить люди особенные, готовые в любой момент рискнуть собственной жизнью для спасения чужой. Без такого настроя в их отряде и делать нечего. За годы службы он убеждался в этом не раз. О своих заслугах он говорит неохотно, а о геройских поступках своих товарищей — с удовольствием. Настоящим примером для подражания он считает своего сослуживца Сергея Коптелова. Однажды в выходной день, гуляя с ребенком, мужчина увидел, как на балкон верхнего этажа жилого дома выбежала женщина и стала громко звать на помощь. За ней выскочил человек в маске и затащил ее обратно в квартиру. «Сергей бросился на выручку. Забежав в подъезд, столкнулся с тремя вооруженными преступниками. Он вступил с ними в единоборство и задержал двоих. Как выяснилось, преступники промышляли вооруженным разбоем. За свой поступок наш товарищ был награжден орденом Мужества», — рассказывает Туркин.
Между прочим, у самого Александра Николаевича на груди тоже настоящий «иконостас», и орден Мужества тоже имеется.
Получил он его за участие в очередной чеченской кампании.
— Это был 1996 год, — вспоминает он. — Дело было в Заводском районе Грозного. Мы несли службу на стратегическом объекте — основном мосту через реку Сунжу. Здесь был контрольно-пропускной пункт, и, когда в августе 96-го начался захват Грозного, боевики всеми силами пытались завладеть этим объектом. Помимо всего прочего, такие посты мешали бандитам объединить усилия и беспрепятственно перебрасывать свои силы с одного участка на другой. Восемь бойцов ОМОНа и примерно такое же количество солдат внутренних войск двадцать один день держали оборону на этом блокпосту. Силы изначально были неравны. Доподлинно численности боевиков не назову, но местные жители рассказывали, что на прилегающих улицах их было очень много. За все это время нам было предъявлено пять ультиматумов с требованием сдаться. Пост обстреливали из снайперских винтовок, забрасывали гранатами. Противники постоянно пытались придумать что­-нибудь новенькое, только бы выкурить нас, даже пытались поджечь блокпост. Тогда на одну из соседних улиц они подогнали пожарную машину, через частный сектор протянули «рукава» и намеревались из брандспойта пустить бензин, а затем поджечь его. Благо, наш сотрудник Евгений Владимирский вовремя заметил это и открыл огонь из гранатомета. Был мощный взрыв — все пустовавшие жилые дома в округе в одно мгновение были уничтожены, и рядом с блокпостом остался только клочок выжженной земли. Знаете, в таких ситуациях со всей очевидностью понимаешь, что такое вовремя подставленное дружеское плечо, и что наша сила — в единстве, — говорит Александр Туркин. Он не разделяет мнения о том, что в горящем чеченском котле простые омоновцы и солдаты могли рассчитывать только на себя, и добрым словом вспоминает своих начальников — Александра Градова и Александра Якимова, которые нередко сами вели переговоры с боевиками, пытаясь остановить бессмысленное кровопролитие.
омон— Они и к нам на блокпост приезжали, оценивали обстановку, были в заложниках у боевиков. Оба прекрасно осознавали, что в любой момент могут погибнуть, но, тем не менее, с честью несли свою службу. Благодаря им блокпост в свое время был обнесен бетонными блоками. Если бы этого укрепления не было, нам бы пришлось совсем туго.
А так, когда нас обстреливали из гранатометов, снаряды попадали в заграждение, прожигали его, но на территорию поста уже не долетали. Я искренне считаю, что благодаря предусмотрительности этих двух людей, мы все остались живы», — объясняет полковник.
Медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, две медали «За отвагу» и другие награды он получил за не менее опасные оперативные задания.
Зачистки, штурмовые операции, засадные мероприятия — все эти военные реалии для полковника Туркина не теряют актуальности и по сей день.
К примеру, совсем недавно рыбинские омоновцы были командированы в Дагестан. Сейчас именно в этом регионе наблюдается наибольшая активность боевиков. Вместе с тем здесь быстро развивается инфраструктура, делается многое для того, чтобы вселить в людей уверенность — мирная жизнь потихоньку возвращается. Совсем недавно открыли тоннель Северный портал, связавший несколько районов. Рыбинские омоновцы под командованием Александра Туркина несли службу на контрольно-пропускном пункте этого глобального объекта. В то же время в Буйнакском районе участвовали в спецмероприятиях по выявлению боевиков. Здесь ситуация продолжает оставаться напряженной. Сегодняшний костяк боевиков — это в основном молодые парни от 16 до 20 лет. Они берут в руки оружие зачастую не из каких-­то идейных соображений, а только лишь потому, что для них это — безальтернативный способ заработать. Конечно, их головы затуманены и религиозной пропагандой, но, попади они в нормальные жизненные условия, многие бы не встали на этот путь, уверен Александр Николаевич. Сейчас спецслужбы одного за другим «вылавливают» главарей и идейных вдохновителей бандформирований, но процесс это не быстрый, а значит, опасные командировки еще предстоят.
На родной Ярославщине поводов применить свой опыт в наведении порядка у полковника тоже хватает. Недавний тому пример — беспорядки, которые устроили фанаты «Спартака» на футбольном стадионе «Шинник». Благодаря стараниям ОМОНа и сотрудников полиции удалось сдержать натиск неадекватных болельщиков и свести к минимуму последствия этого разгуляя — после недолгого перерыва матч продолжился, а в результате спецоперации было задержано почти восемьдесят ярых бузотеров.
Сложная и опасная служба закалила волю, но не очерствила душу. Самая большая радость в жизни Туркина — его семья, жена и дочь. В их кругу он по-настоящему отдыхает от трудовых будней. Конечно, терпению супруги Анны можно только позавидовать. Каждый раз она с волнением ждет возвращения мужа из очередной командировки. Благо, что сейчас с ним можно и через интернет, и по сотовому телефону связаться, но все равно тревога в такие периоды — ее постоянная спутница. Но Александр Николаевич уже не представляет себя в какой­-либо другой роли. Оно и понятно, ведь защищать и поддерживать порядок — самое что ни на есть мужское занятие.

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме