Избранное Темы 8 ноября 2018

История возрождается в буйстве красок

«Рыбинск сохранил уникальную пространственную среду, и благодаря ей, как любая антикварная вещь, он будет повышаться в цене, притягивая туристический интерес»

В Рыбинске проходит масштабная реконструкция исторического центра. Город преображается, и вместе с этим возникает много вопросов. Правильно ли выбраны цветовые решения, нужно ли менять асфальт на плитку, и вообще зачем нужна историческая стилизация?

Обо всем этом мы поговорили с профессором Московского архитектурного института (МАРХИ) Александром Малиновым.

— За минувшие два десятилетия многие российские города потеряли культурно-историческую идентичность. Новая застройка уничтожает старину. И даже малоэтажные здания с попытками стилизации под купеческие особняки не похожи на аутентичные строения. Почему?

— Все просто. Старые дома строились в иной системе мер. В 1918 году в России был введен метр, и реальность изменилась. Чтобы понять это, потребуется небольшой экскурс в историю.

Изречение древних философов, что «человек есть мера всех вещей», в архитектуре имеет прикладное значение. Раньше меры и пропорции брались из строения человеческого тела. Были футы, дюймы, ярды, аршины и прочие сажени. К примеру, в России «Малая» сажень составляла 142 см, а большая «Великокняжеская» —244 см. Крупнейший исследователь традиционной системы мер Алексей Пилецкий сгруппировал и описал российские меры, а также вывел целую систему модульного проектирования, которой пользовались наши зодчие. Эта сложная система позволяла относительно простым набором фиксированных модулей без всякой высшей математики строить величественные и прекрасные здания. Каждая деталь дома и даже камни мощения подбирались масштабными целому замыслу. Поэтому мощеная улица гармонизировала с окружающими фасадами и собирала ансамбль воедино.

Однако переход на систему СИ в начале XX века изменил реальность вокруг. Это упростило расчеты. Были введены новые нормативы. По сетке колонн 6х6 стало удобнее чертить и строить прямоугольные ящики цехов, домов и магазинов. Но ушла красота.

Дело в том, что метр не соразмерен человеку и разрушает антропоморфные масштабы. Пропорционирование уже не используется как норма. Примитивная унификация вторглась в творчество и прикладное искусство. Размеры и детали выбираются произвольно. Архитекторы рисуют на глаз. В итоге новые здания оказались врагами исторических пространств.

Говорят, что архитектура — это застывшая музыка. Представьте, какой эффект получится, когда в стройную симфонию классицизма вдруг вставить диссонирующие по ритму и частоте риффы модернистской электрогитары, причем сыгранные неумелым подростком. Они разрушают мелодию и давят на слушателя хаосом резких звуков. Поэтому новодел выглядит настолько неестественно и инородно на фоне памятников архитектуры.

Мы видим, как сейчас тают островки исторической архитектуры. Их надо охранять, исследовать и восстанавливать. И для восстановления исторической среды необходимо использовать те правила проектирования, на которых древние города и были возведены. Как аршин и сажень, так же и краски, и цвета, и камень мощения нужны исторические.

— Можно ли восстановить традиционную систему мер?

— Конечно. Она никуда не уходила. Ей по-прежнему пользуются во всем мире. В западной архитектурной школе в почете — дюймы, ярды и антропоморфные модули. Есть дюймовые кирпичи, камни мощения, трубы, колеса и прочее. Существуют технологии пропорционирования, способные совмещать систему СИ с антропоморфными величинами. Именитые архитекторы ненавидят метр. Но чтобы использовать традиционную систему мер правильно, нужно иметь особые знания, которые, к сожалению, даются в наших вузах поверхностно.

Почему старые меры так жизнеспособны за рубежом? Да все просто. Меры, скопированные из человеческого тела, производят колоссальный психологический эффект. Они эргономичны, приятны глазу и вызывают подсознательные положительные эмоции. Этот эффект описывал один из отцов модернизма — архитектор Ле Корбюзье, который заложил человекоразмерные модули в своем знаменитом модулоре.

И, используя эти знания, можно вновь вернуть в отечественную архитектуру знаменитую триаду Витрувия: Польза, Прочность, Красота. На этих трех принципах архитектура покоится уже больше двух тысяч лет.

— С пользой и практичностью понятно. Но может ли красота иметь свои законы, ведь сейчас принято считать, что все в мире относительно?

— Бесспорно, имеет. Это доказано давно. Природа построена по канонам божественной красоты, как скажут верующие люди, или по математическим законам фрактальной геометрии. При исследовании раковин, растений, деревьев или цветов видно, что их строение подчинено строгим математическим законам. Описаны формулы и функции их роста. Повторить эти принципы можно и в архитектуре. И это делалось не раз в классицизме и модерне.

— Как вы оцениваете архитектурный потенциал Рыбинска?

— Мы приезжали в Рыбинск несколько раз. И видели, что город сохранил уникальную пространственную среду. Рыбинск дошел до нас в первоначальном состоянии, пусть в обветшалом, частично даже руинизированном. Но в этих камнях заложена самая большая ценность. Многие российские города уже уничтожили свою историческую архитектурную идентичность и стали безликими. Рыбинск на их фоне уникален.

— Для чего нужен исторический центр? Может снести его и застроить девятиэтажками?

— Мы помним дискуссии, по какому пути развиваться Рыбинску. Конечно, и у вас были попытки выломать целые кварталы в историческом центре и застроить их новоделом, и отрадно видеть, что такое отношение к историческому центру сменилось на идеи восстановления.

Историческое ядро города — это стратегический запас. Пусть он в Рыбинске обветшалый, но если его сохранить, то, как любая антикварная вещь, он будет в своей цене только повышаться. Это объект притяжения туристического интереса. А мировой опыт показывает, что на исторической архитектуре можно хорошо зарабатывать. Это товар, который отлично продается и никуда не вывозится туристами.

Не зря после войны в Европе многие исторические города были воссозданы заново. Эти капитало-вложения окупались и сейчас позволяют зарабатывать неплохие деньги.

Но есть и гораздо более важные вещи, чем деньги. Это вопросы культуры, власти и идеологии. Архитектура отражает культуру и философию общества, а без них невозможно осуществлять власть.

Поэтому сейчас перед властными группами стоит вопрос: превратиться ли в варваров, уничтожающих свое наследие, и потерять бразды правления, или воспитывать культурных и образованных людей, гордящихся своим прошлым. Замечательно, что власть берет курс на восстановление исторических городов.

— Где найти специалистов, которые могут помочь в восстановлении? Ведь профессионалов мало даже в Москве.

— Необходимо создать сообщество заинтересованных людей. Как правило, это жители города и представители всех видов искусств. Историки, археологи, краеведы, реставраторы, музыканты, художники и архитекторы должны обмениваться своими знаниями и заниматься общим делом воссоздания. Город будет тогда квинтэссенцией всех видов искусств, в том числе и градостроительного. Но ключ к восстановлению исторического центра находится у руководства города.

— Сейчас много споров о колористике. Как вы оцениваете эксперименты с окраской исторических зданий?

— Историк русской архитектуры Михаил Кудрявцев говорил о том, что все древнерусские строения были полихромны. То же самое и классика. Посмотрите учебники по истории искусства и архитектуры. Храмы Греции не были серыми. Даже Парфенон и прочие величественные мраморные строения Афин никогда не делались монохромными. Их красили в разные цвета. Там было буйство красок.

Колористика — это составная часть искусства архитектуры. При работе в историческом городе надо пользоваться исследованиями полихромных покрасок на основе зондажей и расчисток. И даже самые смелые цветовые решения могут найти свое воплощение, если они имели историческую основу. Охра, оксид железа, сурик, ультрамарин, — других пигментов, кроме природных, не существовало.

К примеру, в Сергиев Посаде при исследовании исторической колористики при расчистке мы обнаруживали такие яркие цвета, что это казалось невероятным. Красный сурик! Но для наших предков это было нормальным явлением. Ведь важно было выделиться, сделать акцент и показать свой дом честному миру в нужном цвете.

В нашей климатической зоне все серо. Дни протекают без солнца, и любой яркий акцент в городе важен. Неслучайно наши предки красили дома ярко.

— Что вы можете пожелать рыбинским властям в деле восстановления исторического центра?

— Прежде всего, хочется, чтобы в городе особое внимание уделялось юным горожанам. Именно детское восприятие архитектурной среды влияет на их жизнь в будущем. В центре должно быть больше детских учреждений, школ, театров и объектов культуры. Детям нужно прививать любовь к своей истории, и лучшего места, чем исторический центр, не найти.

Владимир Гаврилов

 

Александр Малинов, кандидат архитектуры, руководитель исследований кафедры градостроительства МАРХИ по воссозданию утраченных памятников архитектуры. Проводил исследования Рыбинска в 2015-2016 годах

 Анастасия Рожнова, специалист комитета по градостроительству и архитектуре Москвы. С отличием защитила магистерскую диссертацию «Принципы формирования социокультурного центра при реновации стагнирующих территорий исторического района города» (на примере Рыбинска)

 Экспертный комментарий

— Важно понимать, что качественное благоустройство сегодня — это не просто трата денег, это городская инвестиция, приносящая мощный экономический подъем для исторической территории, если все делать грамотно. Порой создание пешеходных зон и простое мощение камнем производят колоссальный эффект.

Почему так важен камень? Он экологически чище асфальта. Он «дышит» и позволяет создавать зоны повышенного комфорта. Под солнечными лучами базальт не испускает вредные вещества. Вода смывает грязь и уходит в швы. Воздух очищается. Поэтому на мощеных площадях приятно гулять. Такие пространства притягивают жителей. А за ними идет и мелкий бизнес.

В Москве после создания прогулочных зон с ограниченным движением автомобилей наблюдается рост развития этих микротерриторий. Оказалось, что людям важно не только бегать по асфальтовой глади, им нравится с удовольствием гулять по благоустроенным площадям среди памятников архитектуры. Женщинам и детям нужна красота.

Но основным успехом в реализации любых городских инициатив является поддержка населения. Добиться ее не просто, максимальная результативность возможна лишь при одном условии — вовлечении людей на начальной стадии реализации. Этот процесс называется соучаствующим проектированием, и только в этом случае возможно качественно реализовать городской проект и быть уверенным в его будущем. Ведь тот, кто приложил руку к воплощению замысла, инстинктивно будет оберегать его и заботиться о нем.

Нужно сподвигнуть людей любить свой город, и помочь поверить в то, что они в силах его изменить к лучшему.

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме