Главное Темы 4 мая 2019

Возраст агрессии

Что делать, если ребенка травят? Рассказывает психолог Радмила Кочеткова

«Мы забили тебе стрелку, попробуй не прийти – хуже будет», «Сдохнешь, как собака»… Это вовсе не блатной бандитский разговор, а перлы агрессивных подростков в адрес потенциальных жертв.

Подростковая травля охватывает новые пространства, выливается в соцсети, причем не только на несчастную мишень, но и на ее родственников.

Психолог реабилитационного центра «Убежище» Радмила Кочеткова отвечает на самые распространенные вопросы о причинах подростковой агрессии.

Сильный за счет слабого

— Радмила, почему подростки порой ведут себя так, что у взрослых волосы дыбом встают?

— Подростковая жестокость существовала всегда. Это только кажется, что подобное явление – бич современного общества. Подростковый возраст сам по себе критичный, очень эмоциональный и полный противоречий. В это время для человека существует только черное и белое, без золотой середины. Гормональный фон несовершеннолетнего ребенка сравним с состоянием взрослого человека, находящегося в сильном стрессе. Поэтому подростки ершистые, задиристые, остро реагируют на любое критическое замечание в свой адрес.

Вторая важная причина агрессии связана с желанием детей самоутвердиться. Выяснить, кто он в группе – лидер или аутсайдер. Выделиться из толпы проще всего за счет подавления более слабого. Делать это удобнее в группе. Один на один ребенок может быть адекватным, трезво оценивать свои поступки и моральные нормы. А вот в социуме он порой ведет себя совсем иначе.

— Пример взрослых играет какую-то роль в возникновении агрессивного поведения?

— Дети – это отражение взрослого мира. Способ решения сложных вопросов они копируют с родителей, других старших по возрасту людей. Я много лет работаю с проблемными подростками. Бывая у них дома, часто вижу одну и ту же картину — работающий в фоновом режиме телевизор. Обычно по нему идут передачи наподобие «Часа суда», «Пусть говорят» и прочие ток-шоу, где участники в основном нападают друг на друга. Здесь показывают низменные чувства, «полощут грязное белье». За счет этого главные герои выделяются, приковывают к себе внимание. Невольно наблюдая за происходящим на телеэкране, ребенок с малых лет впитывает модель поведения в обществе, стремится, как сейчас говорят, хайпануть. Это происходит как в реальной, так и в виртуальной жизни.

— Тема кибербуллинга – травли в соцсетях – стала затрагиваться в большей степени. Недавно Рыбинск потрясла история подростка, который погиб под колесами машины. На страничке ребенка в соцсетях появились злорадные высказывания агрессора. Затем начали писать гадости и оскорбления матери погибшего…

— Интернет дает ощущение группы, поддержки товарищей по травле и защищенности от возможных последствий своей агрессии. Человеку кажется, что он может анонимно и безнаказанно говорить гадости в адрес любого.

Недавно я беседовала с коллегой об этой истории. Как ни банально это прозвучит, но причина тому — низкий уровень культуры общества, а также отсутствие какой-либо ответственности перед законом за такие действия.

— То, что о проблеме кибербуллинга и подростковой агрессии говорят все чаще, как-то помогает ее решить?

— Это хороший признак. Он свидетельствует, что мы еще живы как общество, что мы неравнодушны, у нас осталось психологическое здоровье.

— Когда надо обращать внимание на изменения в поведении ребенка, который может проявлять агрессию к сверстникам или же сам стать жертвой?

— Начинать надо, не дожидаясь подросткового возраста. Узнав о травле, драках, взрослые должны занять жесткую позицию, пресекать любую агрессию, говорить, что так делать нельзя. Убеждать, выслушивать, уговаривать, взывать к совести, входить в положение – это хорошо. Но когда дети дерутся, бессмысленно взывать к их уму и душе. Жестокость нужно сначала пресечь – настойчиво и громко, а потом разбираться в ее причинах. Это актуально не только в отношении собственных детей, но и подростков на улице. Если кто-то кого-то унижает, пройти и не заметить нельзя.

— В общем, кнут никто не отменял?

— Пряник тоже. Взрослые должны начать себя. Слабое место нашего общества в том, что детей не учат выражать собственное мнение, грамотно дискутировать. Они не умеют говорить о несогласии с чем-то, не унизив оппонента. Современная школа ориентирована на освоение учебной программы. Диспуты, свободное обсуждение произведений, исторических фактов уходят в прошлое, на это просто нет времени. Поэтому ребята не понимают, что может быть мнение, отличное от их собственного, что с ними может кто-то не соглашаться.

Закон стаи

— Как может проявляться подростковая агрессия?

— Это не только обзывания и драки. Порой жертву просто сообща игнорируют, не разговаривают с ней. У меня в практике был случай, когда таким образом девочку довели до такого подавленного состояния, что она заявляла, будто не хочет жить. Говорила, я плохая, никчемная.

Как психолог я могу ей подсказать способы реакции на негативную ситуацию, но отношение к себе она самостоятельно изменить не сможет. Это должно произойти внутри группы конфликта.

Разбираясь в ситуации, я спросила у мамы девочки, обсуждала ли она проблему с классным руководителем? Та в ответ: «Мне не до этого, надо успеть с дочкой учебную программу освоить». Между тем от преподавателя в такой ситуации зависит очень многое. Часто конфликты решаются во внеклассной среде, когда с детьми общаются, когда они могут свободно беседовать со сверстниками и учителем. Если такого общения нет, самоутверждение подростков может принимать агрессивные формы.

Если есть неуспешность, напряжение, неуверенность в себе, ребенок будет самоутверждаться за счет кого-то другого. То же самое происходит, если он не занят, ему некуда приложить свои силы.

— То есть можно сказать, что основные условия для проявления агрессии — отсутствие нормального опыта общения, реакции общества, а также незанятость и несостоятельность…

— Да. Так живут примитивные общества.

— А травят всегда только слабых?

— Спорный вопрос. Я всегда говорю: жертва — это самый сильный человек. Никто долго не может выдержать издевательства, а у нее находятся на это силы. Травят тех, кто дает для этого повод, кто готов к этому. В психологической литературе есть хрестоматийный пример. Подросток начинает обзывать одноклассника «толстым», «жирдяем». Тот краснеет, бледнеет, обижается, пытается дать отпор надоедливому агрессору. В результате только раззадоривает обидчика.

В ситуацию вмешивается психолог, который помогает обиженному ребенку оглянуться вокруг. Он видит, что на другого одноклассника вредный мальчишка тоже нападал, но тот просто отмахнулся и не стал обращать внимания на его выпады. Хулиган от него отстал, потому что ему стало неинтересно его травить. Он переключился на худенькую и высокую девочку, которую обзывал жердью. Она посмотрела на него и мимо прошла. Ей некогда на этого недоросля внимание тратить, в танцевальный надо успеть, потом в шахматную секцию.

Жертве нужно показать, что агрессор привязывается и к другим детям. Это его стратегия. При этом ответил на эти выпады только один человек.

Если нас задевает что-то, то мы становимся мишенью, отвечаем на агрессию и тем самым попадаем на крючок. В такой ситуации главное – перестать принимать выпады и колкости на свой счет. Это очень сложно. Советы «не обращай внимания», «не думай об этом» здесь не работают. Не думать об этом нельзя, потому что человек чувствует обиду. Важно разобраться, почему он так остро воспринимает нападки.

Как правило, причина в определенных ожиданиях ребенка. По его мнению, все должны хорошо к нему относиться. Потому что он умный и хороший. Такие установки закладываются в семье, где ребенка любят и ценят. Дети выходят в мир с ожиданием, что общество добро и справедливо. А на деле бывает по-разному. Памятуя об этом, важно продумать, как сделать так, чтобы избегать агрессора. Отвечать ему, быть мишенью не нужно. Мы не можем предотвратить дождь, но в нашей власти предупредить его последствия. Например, захватить с собой зонт.

Жертве важно перестать переубеждать агрессора, ее задача — найти поддержку. В первую очередь – у родителей. В такой ситуации первостепенная задача мам и пап — поддержать. Надо успокоиться, посидеть вместе, обнявшись, попить чаю, иногда поплакать. Главное – дать понять ребенку, что вы с ним, а потом вместе прийти к мысли, что быть хорошим для всех нереально. Помимо агрессора, есть другие ребята, которые относятся к нему нейтрально либо симпатизируют. На них можно опереться, найти поддержку, подружиться, поговорить.

Задача взрослых – объяснить ребенку, что нет общей массы со знаком «плюс» или «минус». Взрослость заключается в том, чтобы уметь принимать действительность и делать для себя лучше.

Чужая территория

— Но ведь бывает так, что придираются к тем, кто вообще никак не реагирует на провокаторов? Мне рассказывали историю девочки — капитана спортивной сборной, которую задирала троица агрессивных девиц. Девчонка игнорировала, а они угрожали. Об этом стало известно матери девочки, а потом и родителям агрессорш. Те с ними церемониться не стали, объяснили ошибочность их действий. После этого подростки действительно перестали дозорять девочку…

— Поведение троицы подростков вполне объяснимо. Как я говорила выше, это потребность «завалить» сильного, самоутвердиться. Родители правильно сказали: «Так нельзя, не смейте больше этого делать». Такая реакция взрослых — это первое, что должно быть проявлено в подобных ситуациях. Не миндальничать, не заискивать, не уговаривать, а быть непререкаемым авторитетом.

Нужно помнить, что ребенок с малых лет пытается зайти на чужую территорию, прогнуть мир под себя. Если взрослые не будут вовремя выставлять разумные рамки, то в дальнейшем могут возникнуть проблемы.

Недавно ко мне на консультацию привели 8-летнего драчуна. После разговора со мной мальчишка сказал, что согласен прийти еще раз. Надо было видеть реакцию мамы. «Ой, ну слава богу, он согласился», — сказала она. 8-летний пацан делает одолжение взрослым? В таком возрасте он еще не должен полностью самостоятельно решать, куда ему идти и как себя вести. За него решает взрослый. Родители должны быть родителями, старшими авторитетами. Партнерами они станут в подростковом возрасте, но никак не раньше.

— Почему часто школьные учителя не реагируют на очевидную травлю детей в их классе?

— Видимо, хотят избежать профессионального риска. Ведь если вмешаться в ситуацию, то надо разрулить ее максимально эффективно, а это непросто.

Педагог может столкнуться с отсутствием поддержки педколлектива. Желание избежать проблем – это примета нашего общества.

Порой взрослые уповают на то, что дети сами разберутся между собой. Это иллюзия. В 13-14 лет они еще не готовы к такой самостоятельности. Рассуждая подобным образом, учителя и родители теряют взрослую позицию, уходят от ответственности. Нельзя для детей быть всегда добренькими, демократичными. Порой нужно быть авторитарными и не бояться этого. Такое поведение дает чувство безопасности детям.

— Как проходят последствия травли для жертв и агрессоров?

— Просто так, как ветрянка, они не проходят. На любую стрессовую ситуацию есть три реакции: убегай, нападай, замирай. Первые две – это действие. Человек либо «убегает», уклоняется от неприятностей, тем самым заботится о своем спокойствии. Нападение предполагает, что в ситуацию активно вмешиваются, предпринимают попытки ее разрулить. Это можно делать совместно с учителями, родителями, психологами. Это правильно, хорошо, потому что все участники проживают и перебаливают конфликт.

Самая неправильная реакция – замереть, подавлять свои чувства и ничего не менять. Это остается внутри на долгие годы, человек живет с неотпущенными страхами и обидой. Это может исказить всю его последующую жизнь. Возможно, он будет постоянно относиться к себе как к жертве.

Природой заложено, что каждый наш страх должен быть преодолен. Если этого не происходит, он возвращается к нам снова и снова. Сценарии могут быть разные. Девочка, которую травили мальчишки, во взрослой жизни может испытывать проблемы с поиском партнера, или же будет тянуться к потенциальным агрессорам. Кто-то, наоборот, будет мстить за испорченное детство и сам станет испытывать окружающих на прочность нападками и придирками.

Для малолетних агрессоров безнаказанность тоже ничем хорошим не обернется. Нередко речь может идти о клинических случаях. Самый распространенный вариант – когда неуверенный в себе человек будет вымещать на других свою неудовлетворенность.

Для того чтобы этого не допустить, нужно помнить, что в ситуации подростковой агрессии самое главное – это реакция, проживание конфликта и поддержка. Если у человека нет возможности опереться на свой опыт, родителей, друзей, увидеть защитную реакцию общества в свой адрес, то он вынужден выживать, существовать с психологической травмой.

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.
Русский 18:10 | 4 Май 2019

А вот мой пример.
Воспитаный бабушкой и миновавший дисбатовский детсад,я оказался в школе другого района среди сдружившихся там во дворах и в садиках местных, которые с первых дней пытались меня затравить как чужака. Выход я нашёл инстинктивно: несмотря на свою тщедушность дал отпор («намылил» несколько физиономий этому стаду) и в старших классах стал лидером, которого доселе уважают мои одноклассники и одноклассницы. Вот такой простой совет от меня — не бояться стада, ведь оно состоит из баранов, которые трусливы по жизни.

гость 06:50 | 5 Май 2019

Молодец среди овец,а на молодца и сам овца.

Добавить комментарий для гость Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме