Вне зоны комфорта

Максим Тихонов ценит уют, но при этом говорит: иногда полезно почувствовать на себе, что может быть совсем по-другому

Отказаться от привычных комфортных условий жизни и несколько недель жить в палатке, варить еду на костре, ходить по безлюдным деревням, заброшенным полям с металлоискателем и находить останки советских воинов, погибших в Великую Отечественную войну. Четыре года назад это нелегкое дело стало для известного рыбинского татуировщика, предпринимателя Максима Тихонова способом сказать «спасибо» всем, кто защищал Родину.

Про косточку под деревом

Мы встретились с Максимом в его тату-салоне. Дизайнерский интерьер, мягкие бархатные диваны и кресла, стильные постеры на стенах. Очевидно, что хозяин заведения – человек со вкусом, который ценит комфортную жизнь. Максим этого не отрицает, но при этом говорит: иногда полезно почувствовать на себе, что может быть по-другому.

Именно желание проверить себя и помочь в поисках останков советских воинов подтолкнуло его четыре года назад присоединиться к поисковому отряду «За отвагу». Здесь собрались энтузиасты – люди разных профессий, которые хотят восстановить историческую справедливость.

— Об отряде я узнал от клиентов и почти сразу захотел примкнуть к нему. Взяли меня не сразу, сначала оценивали, подойду ли. Это правильно, работа поисковика связана с определенными сложностями, люди, которые занимаются этим делом, должны быть надежными и отдавать себе отчет в возможных трудностях, — рассказывает Максим.

Работа у поисковиков сезонная. На места боев они выезжают два раза в год – в конце апреля – начале мая и осенью. В прежние годы поисковики ездили в Новгородскую область, а в этом – отправились под Ржев, где шли масштабные кровопролитные бои.

За время участия Тихонова в отряде поисковики подняли на поверхность земли несколько десятков останков советских воинов. В прошлом году он сам нашел бойца. Командир отряда показал квадрат поиска, Максим обследовал его и наткнулся на останки. На авось в таком деле надеяться нельзя. Недаром командиры поисковых отрядов тщательно штудируют военные карты, используют снимки Люфтваффе, изучают воронки в земле, где могут находиться захоронения солдат.

— Старые карты стыкуются с современными спутниковыми, благодаря чему можно точно определить квадрат поиска. При этом нужно учитывать много других нюансов, в том числе изменение рельефа местности. Там, где семьдесят лет назад было поле, вырос лес, — рассказывает Тихонов.

Поисковики используют металлоискатели, при помощи которых находят солдатские фляжки, ложки, боевые награды, осколки, обрывки колючей проволоки. Если запищало, значит, надо копать. Другие участники отряда ходят со специальными щупами, протыкают ими землю. Они умеют отличать по тактильным ощущениям и звуку корни деревьев и камни от костей.

— Именно так в прошлом году я нашел останки бойца. Сначала наткнулся на каску. Взял лопату, начал копать рядом. Командир зафиксировал факт находки, отметил координаты на местности. Затем мы собрали найденные останки и все, что обычно бывает рядом, – клочки одежды, гильзы. Чувство было непередаваемое, казалось, что сделал что-то очень важное для себя, — вспоминает Максим.

К сожалению, установить имя бойца возможно далеко не всегда. Поисковики такой работой не занимаются, это дело других энтузиастов, которые работают в архивах. Узнать подробности можно по личным вещам, наградам. Иногда в этом помогают специальные нагрудные медальоны в форме капсул, в которые во время войны прятали бумажку с личными данными. Но многие бойцы оставляли ее пустой, поскольку считали дурной приметой.

Такие находки поисковики отправляют с комом земли на экспертизу в штаб поискового движения. После вскрытия и доступа кислорода содержимое начинает быстро разрушаться, поэтому действовать нужно оперативно.

Однажды установить личность погибшего бойца помогла обычная ложка, которую нашли среди останков. На ней была выцарапана фамилия солдата – Борамбаев. Поисковики из Казахстана забрали останки земляка, нашли его родственников, похоронили с почестями на родине.

Иногда сама природа помогает поисковикам. Однажды они нашли под деревом торчащую вертикально кость. Разросшиеся за семьдесят лет корни вытолкнули ее на поверхность земли. Так она и стояла, словно взывая о помощи.

Повторить? Да вы рехнулись!

Романтика, радость и волнение после очередной находки – лишь одна сторона медали. По мнению Максима Тихонова, поисковая работа помогает хотя бы немного понять, в каких условиях воевали наши деды и отцы. Это бледное подобие военных лишений, но для современного человека, привыкшего к удобствам, весьма ощутимое.

На месте поисков отряд разбивает лагерь, каждое утро – ранний подъем, вахта и работа на протяжении светлого времени суток – кто-то идет в разведку, кто-то копает.

— Наше поколение привыкло к комфорту, а здесь, в полях, ты живешь в палатке, без гаджетов, без удобств. И на собственной шкуре ты начинаешь приблизительно понимать, как чувствовали себя солдаты. Процентов на 10, не больше. Потому что ты хотя и ночуешь в палатке, но она сухая, и кругом не свистят пули, не гремят взрывы, — рассказывает Максим.

Даже спустя десятилетия по ландшафту видно, что во время войны земля была буквально изрыта снарядами. Нередко во время поисковой работы подводит погода. Иногда одежда не успевает высохнуть до следующего дня. При этом у тебя есть чистая вода, хорошая еда в изобилии. Можно каши с тушенкой навернуть, чаю горячего напиться.

— А солдаты сидели в окопах, в воде, в кирзовых сапогах, которые быстро промокали, над ними свистели выстрелы, и даже голову нельзя высунуть, — говорит поисковик. – Я преклоняюсь перед нашими дедами и отцами за то, что выстояли.

Но отдает ли себе отчет современное поколение в том, какой страшной была война? Иногда Тихонов в этом сомневается. Когда видит на иномарках наклейки «На Берлин», «Можем повторить», откровенно недоумевает:

— Что значит «можем повторить»? Я считаю, что только глупые люди могут такое пропагандировать. Я видел останки солдат, землю, напичканную патронами, гильзами, осколками снарядов, и я не хочу, чтобы такое повторялось. У меня двое детей, и не дай бог им испытать то, что видели их сверстники во время войны. Мы должны помнить историю, в том числе для того, чтобы никогда не допустить повторения трагических событий.

Есть такая фраза: война продолжается, пока не похоронен последний из воевавших солдат. Максим понимает, что найти всех невозможно, но стремиться к этому надо. Некоторые говорят: не стоит ворошить прошлое, тревожить прах погибших. Но он считает поисковую работу хорошим способом показать, что война – это смерть и страх.

Он вспоминает, как в детстве приставал к своему деду-фронтовику, настойчиво спрашивал, сколько фашистов он убил, сколько танков подбил. Ветеран, получивший несколько ранений, отнекивался, у него наворачивались слезы на глазах, он не хотел вспоминать о том страшном времени, слишком уж тяжело было.

Сейчас идет разгар очередного поискового сезона. Тихонов присоединится к товарищам по отряду. Помимо лопаты, теплой одежды, запаса еды, он всегда берет с собой альбом и акварельные краски. В свободные минуты он делает зарисовки с мест поисков. Просто так, чтобы помнить.

Максим Тихонов:
Что значит «можем повторить»?
Я считаю, что только глупые люди могут такое пропагандировать. Я видел останки солдат, землю, напичканную патронами, гильзами, осколками снарядов, и я не хочу, чтобы это повторялось

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.
гость 19:16 | 19 Май 2019

Что ты видел Максим Тихонов? Да ни хрена,кроме наколотых татушек.Наверное и в армии не служил.Россия любую войну начинает не подготовленной и с ничем неоправданными жертвами.Генералы солдат не жалеют.Солдаты воевали в холоде,голоде,часто без боеприпасов.В войне 1941-1945гг как говорил Виктор Астафьев мы залили противника кровью и они ей захлебнулись.Об ветеранах живых и павших власти вспоминают лишь 9 мая. О вдовах вынесших на своих плечах все тяготы и лишения военных и послевоенных лет и детей выросших без отцов власть не вспоминает вообще.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме