«Мы — не Кощей над златом,  мы — детективы»

Рассказываем, почему работать в музее – это не сидеть в пыльном углу, охраняя картины

Ученый, хранитель, педагог, режиссер, детектив, оценщик, дизайнер. Сотрудник музея объединяет в себе множество навыков. Но самый главный – исследователь. Докапываться до сути, выяснять подробности, раскрывать тайны. Об исследовательской деятельности сотрудников музея рассказывает Оксана Гожалимова, замдиректора Рыбинского музея-заповедника.

Внезапные открытия

Привычный каждому рыбинцу музей, оказывается, вмещает настоящий научный институт. Экспонаты здесь не просто хранят, как в сундуке за семью замками. «Мы – не царь Кощей, чтобы над златом чахнуть», — смеются сотрудники музея. В солидных молчаливых стенах Биржи кипит исследовательская работа. Сотрудников можно сравнить с детективами – они тянут за ниточку, которая в конце приводит к истине.

Каждая новая выставка – это исследование. Сегодня, готовя экспозицию «Любовь и голуби», посвященную Дню семьи, в музее штудируют Домострой, изучают семейные традиции на Руси – довольно суровые, а порой и жестокие. «Из песни слов не выкинешь», — комментируют специалисты.

А вообще, к выставке подготовиться – как спектакль создать. Есть куратор-режиссер, в чьей голове рождается идея выставки, дизайнер-постановщик, отвечающий за гармоничное оформление экспозиции.

— Выставка – коллективное творчество, в центре которого – куратор. Он мотивирует всех – ходит в фонды, общается с хранителями, объясняет идею. И изучает материал, конечно, — рассказывает Оксана Гожалимова.

Бывает, музейщики объединяют семьи, рассыпавшиеся век назад. Однажды они познакомили потомков купца Константина Никитина, отпрысков разных ветвей большой семьи

Готовил выставку – совершил открытие: такое в музее случается сплошь и рядом. Находки открываются как драгоценные камни среди тонн пустой породы. Недавно выяснилось: впервые музей в здании Хлебной биржи появился вовсе не в 90-е, а на полвека раньше, и в начале века здесь уже проводили экскурсии. Готовясь к выставке «Старая Пироговка», Гожалимова наткнулась на фото физкультурного парада 20-х годов и разглядела на здании Биржи невнятную вывеску «Медицинский музей». Позже в путеводителе тех лет нашлось и документальное подтверждение.

Изучая историю города, специалисты отсматривают сотни старых снимков. Бывает, при этом раскрываются судьбы людей, которые, казалось бы, давно канули во тьму лет. Приметная фамилия – Макарихин – постоянно попадалась на глаза исследователям. Василий Макарихин – автор множества дореволюционных фото Рыбинска. Но больше о нем не было никакой информации.

До тех пор пока специалисты музея не начали готовить выставку к столетию уголовного розыска. И в старинных документах нашелся след Макарихина. Оказывается, он не канул в революцию, не уехал из страны, не погиб от голода или в гражданскую войну. Василий Макарихин служил в угро штатным фотографом, снимал для милиционеров последствия грабежей и убийств. Стала ясна судьба горожанина, нашего земляка.

Сотрудники музея с азартом относятся к подобным находкам. Воспринимают их как подарок: человек прилагал силы, не спал, сидел в архивах, подгоняемый любопытством и жаждой докопаться до истины. И вот волшебный миг – молчаливый экспонат оживает, обретает историю.

Долго не могли определить в музее, кто именно изображен на картине «Спящая девочка» Николая Кузнецова. Предполагали, что это дочь творца, но доказательств не было. Завершить большое исследование помогли коллеги с Украины, которые прислали биографию дочери художника, ее портреты и фото.

– Удивительная история произошла с портретом кисти Эдельфельда, который у нас назывался «Дети». Мы считали, что изображены обычные девочки. Думали так, пока великая княгиня Мария Николаевна не прислала семейные фото дома Романовых. Оказалось, на портрете – великие князья Владимир и Кирилл, сыновья Александра III, — рассказывает Гожалимова.

Как у Малахова

Иногда музейщики участвуют в мелодраматических сюжетах и объединяют семьи, рассыпавшиеся век назад. Однажды они познакомили потомков купца Константина Никитина, отпрысков разных ветвей большой семьи. Как им это удалось?

… Когда в вихре революции распылялись по земному шару купеческие и дворянские фамилии, дети разлучались с родителями, жены – с мужьями. Что уж говорить о братьях и сестрах. Спустя столетие потомки чувствуют потребность собрать этот пазл, взглянуть в лицо дальним родственникам, найти родные черты в незнакомом человеке.

Праправнуки хотят знать о своих знаменитых предках – создают генеалогическое древо и даже пишут книги об истории их семьи. И в своих поисках обращаются в музей Рыбинска, где в течение века аккумулируют информацию о купцах-земляках. Благодаря помощи рыбинцев потомки негоцианта Константина Никитина нашли родственников в Москве – из родственной ветви купцов Жиловых. Помогли им документы и семейные фото, бережно хранившиеся в музее.

Рыбинцы тоже выиграли от этого сотрудничества: потомки купцов узнали на музейном фото свою родственницу. Так незнакомка со старинного дагерротипа обрела имя и фамилию, оказавшись сестрой купца Никитина, которая вышла замуж в семью купцов Жиловых. Разгадана еще одна маленькая тайна.

Поиски корней семейного древа облегчает и то, что вся коллекция Рыбинского музея-заповедника выложена в интернет. Вещи и документы, надежно спрятанные в запасниках музея, можно подробно рассмотреть, даже не приезжая в Рыбинск.

Кропотливая работа

Если виртуально можно познакомиться с любым экспонатом Рыбинского музея, то увидеть их лично, а тем более прикоснуться к старинным афишам, тканям или мебели у простого смертного не получится. Время не щадит вещи, и хранители музейных фондов строго следят за сохранностью экспонатов. И даже на выставки выдают со строгим напутствием: «Не дольше чем на пару месяцев!».

— Главная функция музея – хранить наследие. Бывает, хранители и вовсе отказывают кураторам выставки, ведь вещи легко разрушаются, — рассказывает Гожалимова. – Просвещать людей, выставляя экспонаты – эта задача занимает лишь третье место. А вот вторая функция – это как раз изучать то, что мы храним.

Хранители фондов – настоящие волшебники без волшебной палочки, но с набором инструментов, с помощью которых они возвращают к жизни порванных или поломанных «ста-ричков». И самое главное – они стараются «опознать» своих подопечных, вернуть каждому экспонату его историю. Ведь в музей, бывает, попадают вещи безликие – без даты изготовления, указания материала и назначения.

И тогда хранитель превращается в детектива –зарывается в архивы, ищет следы, сравнивает, просит помощи у столичных и зарубежных коллег. Так, глобальную работу для недавней выставки «Оружие доблести и чести» провела хранитель фонда оружия Наталья Гарасева. Каждой сабле, шпаге и боевому ножу из фондов она уточнила историю – установила дату, точное название оружия, место и время применения.

Иногда историю вещи изучать не нужно – она известна. Но настолько трогательна, что не взять вещь в музей невозможно. Недавно специалисты приняли в дар гармонь – обыкновенную, каких тысячи. Но завещал инструмент музею рыбинец – участник Великой Отечественной войны. Трофейную гармонь наш земляк получил в мае сорок пятого как награду за отличную службу. Она сопровождала его всю жизнь. После ухода его любимица хранится в музее.

Научные открытия – это не только озарения и подарки судьбы. Чаще это результат десятилетий труда. Изучая экспонаты, сотрудники музея настолько погружаются в тему, что вырастают в уникальных специалистов, за помощью к которым обращаются со всей страны.

Хрупкие подопечные Натальи Коноваловой, хранителя фонда стекла, керамики и фарфора, требуют особо бережного подхода. Но она не только хранит их от трещин и пыли. Два десятка лет сотрудница музея плотно изучает историю Первомайского фарфорового завода, что в поселке Песочном. В 2001 году в музей поступила огромная коллекция – пять тысяч экспонатов.

 Научное открытие – не подарок судьбы, а результат многолетнего труда. Изучая экспонаты, сотрудники музея вырастают в уникальных специалистов, за помощью к которым обращаются со всей России

С тех пор Наталья Евгеньевна глубоко проникла в историю завода. Как ни странно, белым пятном оказался не дореволюционный, а советский период жизни предприятия. Благодаря кропотливой работе Коноваловой теперь известны биографии художников, создававших фарфоровые шедевры. Изучена история рабочего процесса, раскрыты нюансы развития завода – как внедряли новые технологии, как искали новые материалы и формы.

Знания Натальи Евгеньевны признаны в России и за рубежом. Она постоянно участвует в российских и международных конференциях, Коновалова – желанный гость в Эрмитаже, Академии художеств, Музее декоративно-прикладного искусства. В музее Рыбинска она создает виртуальный подробный каталог фарфора.

Идут за помощью и к кандидату искусствоведения Ирине Хохловой. Она – эксперт по древнерусскому искусству. И это не красивый эпитет, а официальный статус. Хохлова – признанный эксперт Министерства культуры. Она оценивает иконы, в том числе перед вывозом их за границу. Обращаются к ней и полицейские – узнать, насколько ценны украденные или обнаруженные у преступников иконы.

Эксперты – патриархи, к мнению которых внимательно прислушиваются. Назначение экспертом – это признание научных заслуг и одновременно огромная ответственность. В Рыбинском музее-заповеднике два таких патриарха, и это большая честь.

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.
Дмитрий Смирнов 05:24 | 23 Май 2019

Отличная, очень полезная статья, спасибо!
Из неё я узнал, что, в отличии от многих музеев, в Рыбинском продолжается активная научно-исследовательская работа. Отлично!

Ещё я узнал, что хранитель фонда стекла, керамики и фарфора — это Наталья Евгеньевна Коновалова.
Очень ценная для меня инфа — теперь я знаю, к кому конкретно обращаться за помощью.

Респект и уважуха!

Удачи! С уважением, Дмитрий.

Добавить комментарий для Дмитрий Смирнов Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме