
Рыбинск – почти граница Русского Севера. Здесь происходила перегрузка товаров, которые вереницей текли на север, в Санкт-Петербург, а оттуда через Балтику – в Европу, с больших барж – на малые суда. 60% всех питерских купцов – выходцы из Ярославской губернии. В память о купеческой жизни Серафима Вырицкого при Гостином дворе в Санкт-Петербурге были открыты храм в честь преподобного Серафима Вырицкого и Музей купечества. Именно там, в одной из лавок, будущий святой, а тогда еще 10-летний мальчик Василий Муравьев, начинал свою купеческую карьеру.

Серафим Вырицкий, в миру Василий Муравьев, родился 31 марта 1866 года в крестьянской семье в деревне Вахромеево Ярославской губернии. На следующий день его крестили, назвав в честь преподобного Василия Нового, исповедника.
Отец и мать мальчика были людьми благочестивыми, искренне и глубоко верующими. При первой возможности они посещали Свято-Троицкую Сергиеву Лавру, где в Гефсиманском скиту подвизался знаменитый учитель и молитвенник святой старец Варнава. И малолетний ребенок всюду сопутствовал им.
Уже с раннего детства у Василия проявились удивительные способности. Читать он научился самостоятельно и зачитывался житиями святых. Особенно волновали его описания жизни старинных отшельников: Антония Великого, Павла Фивейского. Евангелие и Псалтирь тоже были его постоянным чтением. Так в душе ребенка зародилась тайная мечта о монашеской жизни.
В раннем возрасте одновременно с грамотой Василий легко смог освоить устный счет и с удовольствием помогал родителям в хозяйстве при подсчете их скромных доходов и расходов. Эти два увлечения, развившись, на многие годы и стали основой его жизни.
Когда Василию было 10 лет, его отец умер от чахотки. От несчастья мать совсем разболелась. И десятилетний подросток вынужден был стать кормильцем семьи.
Односельчанин, который служил старшим приказчиком в Петербурге, решил помочь семье Муравьевых. Он взял отрока в столицу и устроил рассыльным в лавку, каких в Гостином дворе было очень много.
С первых дней Василий показал себя старательным и разумным, и хозяин скоро стал доверять ему сложные дела. Однако и в столице мечта о святой жизни не покидала мальчика. В 14 лет он пришел в Александро-Невскую лавру и, упав на колени перед старцем, умолял принять его в монастырь. Но старец посоветовал пока оставаться в миру, постепенно готовя себя к монашеству. С тех пор к своей жизни Василий относился как к монашескому послушанию. При этом он с увлечением занимался самообразованием, изучал исторические науки, постигал тайны коммерции.
Как только Василию исполнилось 16 лет, хозяин поставил его приказчиком. А еще через год сделал старшим приказчиком в своей лавке. К 17 годам он разъезжал по российским городам с ответственными поручениями от хозяина. Навещал мать редко, но ежемесячно отсылал ей большую часть жалованья, полученного за свою работу.
В 24 года Василий обвенчался с Ольгой Ивановной в храме Казанской Божией Матери города Рыбинска. Они прожили в браке до принятия иночества 30 лет.
В 26 лет молодой и талантливый коммерсант открыл свое дело. Его контора продавала меха в Вену, Берлин, Париж и другие европейские города. По делам фирмы Муравьев часто ездил в Европу и свободно говорил на европейских языках. В эти же годы он окончил Высшие экономические курсы. Его фирма вошла в число шести самых больших столичных контор, торгующих мехом. Он помогал монастырям и нуждающимся, устраивал трапезы для бедных.
Василий Николаевич состоял членом Ярославского благотворительного общества, куда входили такие известные люди, как патриарх Тихон и праведный Иоанн Кронштадтский. Пожертвования вносились купцами анонимно. Так продолжалось до 1917 года.

После Октябрьского переворота жизнь в России круто изменилась. Многие знакомые спешно переправляли капиталы за границу, отправлялись туда сами, надеясь спокойно пережить смутные времена. Но Василий желал быть вместе со своим народом. Еще в 1906 году старец Варнава перед смертью благословил своих духовных детей – супругов Муравьевых – принять со временем монашеский постриг. И в тот год, когда тысячи людей гибли за православную веру, Муравьев решил исполнить свою мечту – уйти в монастырь.
Супруги приняли постриг одновременно в 1920 году. Ольга, в постриге Христина, стала послушницей Воскресенского Новодевичьего монастыря. Василий Муравьев был пострижен в иночество с именем Варнава.
Скоро инок Варнава был рукоположен в иеродиакона и поставлен заведовать кладбищенской конторой. В тот год это было тяжелейшим послушанием. Ежедневно в Александро-Невской лавре шли отпевания и панихиды. И отцу Варнаве приходилось день за днем утешать родственников и друзей погибших. Меньше чем через год митрополит Вениамин возвел отца Варнаву в иеромонаха. И он стал ведать всеми денежными средствами обители.

Перед тем как начать свое старческое служение, отец Варнава выразил желание облечься в великую схиму. Времена становились все страшнее. Уже был арестован, а затем расстрелян митрополит Вениамин. Патриарха Тихона бросили в тюрьму. По всей России люди погибали за веру. В эти годы отец Варнава каждый день был готов к аресту, однако при этом, не убоявшись опасности, он принял великую схиму и стал Серафимом, в память святого преподобного Серафима Саровского чудотворца, которому подражал с молодых лет. А скоро на общем собрании братии он был выбран духовным руководителем и членом Духовного Собора Лавры.
Три года батюшка Серафим исполнял свое служение духовником Александро-Невской лавры. В числе его духовных детей были выдающиеся ученые с мировым именем: физиолог Иван Павлов, физик Владимир Фок, астроном Сергей Глазенап, биолог Леон Орбели, профессора медицины Михаил Граменицкий и Сергей Фаворский.
Главный Свято-Троицкий собор лавры в те холодные зимы почти не отапливался, на стенах выступал иней. И во время многочасовых исповедей отец Серафим стоял на ледяном полу. Это подорвало его здоровье. И его направили в Вырицу, которую считали климатическим курортом. На переезд благословили и бывшую супругу, схимонахиню Серафиму.
Так в 1930 году началась жизнь отца Серафима в Вырице. Спустя год на лавру, как и на всю епархию, обрушились новые преследования. Монастыри и храмы были разгромлены, тысячи монахов и священников арестованы. Преподобный Серафим Вырицкий был тяжело болен. Ноги от закупорки вен отнимались. Но святой старец мужественно переносил все страдания. К нему приезжали люди со всей России. «Пока рука моя поднимается для благословения, буду принимать людей!» – говорил он родным.
Тяжкие испытания начались с осени 1941 года, когда немцы заняли Вырицу. В первые же дни оккупации немецким офицерам донесли, что в поселке есть полуживой старик, обладающий даром ясновидения.
Несколько офицеров в сопровождении переводчика вошли к нему в дом и увидели изможденного старца, полулежавшего на узкой кровати. Обернувшись к переводчику, немецкий капитан спросил: «Скоро ли наши войска займут Ленинград?» Не дожидаясь перевода, старец ответил на хорошем немецком: «Этого никогда не будет».
В 1945 году скончалась схимонахиня Серафима. Это был удивительный брак, подобный супружеству святых Петра и Февронии. А 3 апреля 1949 г. со словами «Спаси, Господи, и помилуй весь мир» великий молитвенник перешел в жизнь вечную.
Во время отпевания одним из четырех воспитанников духовных школ, удостоившихся стоять у гроба великого старца, был Алексей Ридигер – будущий Святейший Патриарх всея Руси Алексий. А спустя полвека, во время его Патриаршества, в 2000 году старец Серафим Вырицкий был причислен к лику святых Русской православной церкви. Сейчас его имя носит Рыбинская православная гимназия. Память о нем празднуют 3 апреля (21 марта по старому стилю).
Елена Феодорицкая, Ирина Киселева
Официальная группа ВКонтакте газета «Рыбинские известия»