Когда фонари оживают

Людмила Симонова

Если их зажигают, значит, это кому-нибудь нужно. Точно нужно! Ежедневные выходы фонарщика на улицы Рыбинска собирают тех, кто готов слушать его рассказы и наблюдать красивую церемонию, ставшую ожившей историей

Тимофей Сергеевич теперь работает фонарщиком в центре, но мало кто знает, чем занимался Тимур Иванов до того, как взял псевдоним и о нем узнали сотни рыбинцев и жителей других городов.

Он рассказал о своей жизни, семье и работе, участии в создании Музея живого старинного уличного фонаря и планах по развитию этого нового проекта.

«Здесь всегда было атмосферно»

– Да, я рыбинский, здесь родился и живу, – отвечает на традиционный вопрос наш герой. – Выучился в речном училище на электромеханика.

Несмотря на то, что сейчас Тимур с семьей живет в Волжском, работает он в центре Рыбинска, и не только фонарщиком. Уже два года он арендует лавку и торгует на Красной площади сувенирами из дерева, которые сам изготавливает в своей мастерской.

Часто гуляет по центру: особое отношение к нему появилось еще в студенчестве, друзья-курсанты предпочитали проводить тут свободное время.

– Здесь всегда было атмосферно. И уже тогда ощущалось погружение в девятнадцатый век. Сейчас и подавно, впечатление усилилось в сто крат. Теперь мы с удовольствием гуляем тут с женой и двумя нашими дочками, – говорит фо­нарщик.

В одну из таких прогулок этим летом Тимур подошел к Анатолию Чулю, когда мастер выкладывал квадратный кусочек брусчатки из камней у собора. Тот разглядел в мужчине образ фонарщика, памятник которому в те дни готовили к установке.

– «Только у памятника-то усы вниз». И показал фотографии, – вспоминает с улыбкой будущий Тимофей Сергеевич. – «Сейчас, – говорит, – позвоню мастеру – он загнет усы, чтобы как у тебя были. И будешь у нас фонарщиком!»

Специалист из прошлого потребовался городу аккурат к созданию Музея живого уличного фонаря. Одновременно к Дню города в Преображенском переулке появился фонарщик из металла, придумал которого Чуль, а выковал Дмитрий Игумнов с помощниками. Памятник сразу стал любимым объектом для фото у прохожих, как и настоящий Тимофей Сергеевич спустя полтора месяца.

Живость и тепло

Первые выходы нового персонажа от Музея Мологи до Собора, признаются организаторы, получились немного спонтанными, оттого и время начала представления плавало. Сначала его хотели привязать к закату солнца, как это и происходило исторически. Но когда в соцсетях появились первые сообщения о фонарщике, рыбинцы потребовали сместить время так, чтобы посмотреть на церемонию зажжения фонаря смогли и работающие люди. Пока остановились на 18 часах, дальше команда Музея будет думать и решать.

– Может, создадим опрос какой-то, чтобы горожане могли выбрать – фиксированное время или привязка к закату. Но тогда летом это будет очень поздно, а зимой слишком рано, – размышляет ответственный за свет. – Но хочется, чтобы все было как раньше. У меня ведь даже борода настоящая, ращу почти год, одежда тоже соответствует, так что и другие детали должны быть максимально точными.

Официальный старт проекта сначала планировали на октябрь, в этом месяце должны изготовить все экспонаты Музея. Сейчас на Соборной площади стоит фонарь типа «свеча». А будет минимум три, которые старший фонарщик сможет зажигать во время своего выхода. Скоро их доработают: над «маяком» и «журавлем» трудятся стеклодувы и другие мастера. К последнему варианту, как полагается, сделают лебедку. Все они для ручного обслуживания. Еще три «журавля» появятся рядом, на месте цветочных кадок у епархиального дома, но наполнять их светом поручат уже городской электросети.

– Живой огонь, конечно, лучше. Как и его живой служитель. Люди сейчас очень скучают по естественному и натуральному. Куда ни глянь, все силиконовое и пластмассовое. А я давно с деревом работаю, оно теплое, иначе не скажешь – живое. Потому что ведет себя по-разному, его нужно понимать, – делится мыслями Тимур. – Еще посмотрите, как персонажи в фильмах про девятнадцатый век приятно разговаривают, красиво одеваются, никуда не торопятся. Хочется передать, что у прошлого есть чему поучиться.

Идее живого Музея фонаря на самом деле уже несколько лет. На Рабочую, 1 ее приносила инициативная группа во главе с руководителем рыбинского ВООП Владимиром Гавриловым. Его поддержал Анатолий Чуль, затем Дмитрий  Игумнов. Тогда ее взяли на заметку. Когда все сложилось с пешеходным пространством, к задумке вернулись, пришел ее час – она получила должную поддержку главы города.

Где хранить керосин?

Традиция потихоньку приживается, о фонарщике много говорят, у него появилась своя группа в соцсетях и даже первые поклонники. Сложно представить, что Тимофей Сергеевич и дальше каждый божий день с таким энтузиазмом будет приходить к фонарю, рассказывая по дороге прохожим одни и те же байки о фонарях и их служителях.

– Да, я к этому готов. Но на всякий пожарный случай у меня есть сменщик, который не будет проводить шоу. Это наш младший сотрудник. В группе напишем: «Сегодня сменщик, экскурсии не будет». Он выйдет из арки с лестницей, поднесет лучину к фонарю, просто зажжет и уйдет, – рассказывает фонарщик.

Экскурсии останутся за Тимофеем Сергеевичем, только он продумывает, что интересного рассказать, чем усовершенствовать и само представление, и истории. После каждого выхода ему необходимо порефлексировать, оценить, как все прошло. Таков он – творческая, но ответственная личность.

– Вот узнал, что древние египтяне изобрели скипидар. А керосин – канадцы за шесть лет до того, как в Рыбинске появился первый фонарь. У нас использовали как раз спирто-скипидарные фонари. Шучу, что скипидар добавляли, чтобы фонарщики спирт не выпивали. Хотя другие источники говорят, что и это не мешало служителям быть навеселе. Ну да, может, так оно и было. В Питере воровали конопляное масло, добавляли в кашу, и фонари из-за этого светились максимум до 11 часов вечера. Потом их тушили и остатки масла забирали себе, – вспоминает изученное Тимофей Сергеевич.

Но работа требовала сноровки и серьезного подхода к делу: не дай бог упасть с лестницы или, разлив жидкость, подпалиться. Поэтому абы кого на должность не брали, обычно фонарщиками работали бывшие служивые в хорошей физической форме, знающие, что такое режим.

Рядом с фонарями, за которые отвечал работник, как правило, стояла будка. Там он хранил припасы скипидара и керосина, лучины и прочие принадлежности. Подобную постройку сейчас планируют изготовить и создатели рыбинского Музея живого уличного фонаря. Место для нее еще выбирают.

– Планируем назвать ее лавкой, помимо хранения инвентаря, развернуть торговлю тематическими сувенирами – уже делаем магниты с изображением фонарщика и фонарей, что-то еще придумаем. Опыта у каждого в команде немало накоплено, и оборудование у меня есть. А пока считаем расходы. Керосин и фитили покупать надо. Вот уже первая колба треснула, это расходник и он стоит 500 руб­лей. Каждую неделю, может, нужна будет новая, – говорит Тимур.

У нашего героя появилась идея проводить и внеплановые экскурсии по заявкам, например, рано утром или в четыре часа вечера. Но одна экскурсия в день в любом случае так и останется доступной каждому как светлая и добрая рыбинская традиция.

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных. Новости по теме