Темы 14 марта 2019

Ядерный закал

Рыбинской общественной организации «Союз-Чернобыль» – 30 лет

…В небо над четвертым энергоблоком Чернобыльской АЭС взмывает 200-метровый столб радиоактивного топлива, пара и обломков, расцвеченный всеми цветами радуги. В воздухе – 140 тонн радиоактивных веществ. Город атомщиков – Припять – спит. Люди еще не знают, что им придется спешно покинуть свои дома, куда они больше не вернутся. Зато временную прописку в зоне отчуждения получат тысячи ликвидаторов. Рыбинцы в том числе.

Большая семья общественников «Союз-Чернобыль» в Рыбинске. Ровно 30 лет назад они вместе «загорали» под ядерным солнцем, а сегодня не только помогают друг другу справляться с житейскими трудностями, но и оказывают помощь тем, кто в ней нуждается.

В 1989 году Александр Мышкарев, сотрудник Волжского машиностроительного завода, участвовавший в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, прочел в одной из газет, что объединение ликвидаторов появилось в Харькове. И предложил товарищам создать такое же в Рыбинске. Тогда в него вошли 324 человека. 250 из них – военнослужащие запаса, остальные – гражданские, направленные к месту техногенной катастрофы с ВМЗ, работавшего на оборонку. Мышкарева избрали председателем.

— Вступали в организацию, чтобы иметь социальную защищенность – к тому времени закона о соцзащите не было. О тра-гедии не распространялись, ликвидаторам запрещалось болтать лишнее. Когда мы работали в зоне отчуждения, за каждым батальоном был закреплен особист – для слежки за разговорами и письмами.

Утеря удостоверений, непредоставление льгот, незаконное сокращение с работы, отказ в постановке в очередь на жилье, необходимость отправки запроса в архив Министерства обороны – вот лишь часть вопросов, с которыми сталкивались ликвидаторы. Когда ты отстаиваешь интересы сам по себе – это одно, а если обращается организация – отношение меняется.

В августе 1997 года администрация Рыбинска устроила встречу ликвидаторов с жителями американского города-побратима Джонсон-Сити. Американцы проявили большой интерес к событиям чернобыльской аварии и проблемам местной организации «Союз-Чернобыль», сняли короткометражный фильм о ней и показали по местному телевидению. Фильм имел успех: американцы собрали и организовали отправку гуманитарной помощи рыбинским ликвидаторам – 4,5 тонны продуктов и медицинских препаратов.

В 2001 году после обращения Александра Мышкарева к губернатору области и главе Рыбинска было принято решение о создании памятника жертвам радиационных катастроф. 26 апреля 2006 года на Волжской набережной состоялось торжественное открытие памятника, приуроченное к 20-летию аварии на ЧАЭС.

А в апреле 2007 года «Союз-Чернобыль» судился с Министерством финансов, инициировав 106 судебных исков о неправильном начислении ликвидаторам денежной компенсации за питание. Скептики говорили: бодаться с государством – не по зубам, местные адвокаты отказывались помогать, пришлось обращаться к ярославскому защитнику. Все иски были удовлетворены. Выплаты увеличились более чем в 3 раза, каждый получил компенсацию около 50 тысяч рублей.

— С медициной не все просто, ранней диагностики онкобольных нет, стоит ли говорить, насколько это актуально для тех, кто получил серьезную дозу облучения? – рассказывает о проблемах Александр Мышкарев.

Он и сам, приехав из Чернобыля, был ошарашен диагнозом: подозрение на лейкемию. Мучили боли в ногах, сонливость, а лицо от ядерного загара было желтым. На месте аварии энергоблока он получил предельно допустимую дозу облучения – 24,5 бэр всего за 18 дней. А пробыл там все 55.

— Командовал ротой землеройной техники в 5-м инженерно-техническом батальоне 26-й бригады Московского военного округа – самая грязная работа, — вспоминает он сегодня. – Наш лагерь стоял в километре от зоны отчуждения. В самой зоне мы снимали зараженный грунт вокруг 4-го энергоблока и закапывали его в могильник, ликвидировали «рыжий лес» – зараженные радиацией хвойные деревья, на которые летел весь пепел после взрыва. А потом строили капитальную базу для ликвидаторов со столовой, туалетами. Это японцы на АЭС Фукусима-1 ликвидировали последствия аварии в специальных защитных костюмах, плотно облегающих тело и голову. А мы – в тельняшках и марлевой повязке. Снимаешь ее, а вокруг рта – желтый ореол.

Рабочий день на земле длился 10-15 минут. На крыше реактора – и того меньше – 1 минуту 15 секунд. Труд ликвидаторов хорошо оплачивался, поэтому работали энергично и… в спешке.

— Самым суровым наказанием был недопуск в зону отчуждения – все хотели быстрее выполнить норму и уехать домой. Чтобы больше никогда не видеть этот душераздирающий пейзаж, как из фильма ужасов. Пустые улицы, брошенные у подъездов детские коляски и велосипеды. Птица не пролетит. Только брошенные домашние животные везде. Молодые мужики переживали за свое здоровье, оно и понятно – такие дозы радиации хватали. Но никто не струсил. Выполнили задачу – и по домам, — рассказывает Мышкарев.

Ликвидаторов становится все меньше. Их имена увековечены в книге «Опаленные Чернобылем», созданной Мышкаревым. Половина чернобыльцев не дожила до 55 лет. Каждый год «сгорают» по 7-8 человек. Губят онкология и сердечнососудистые заболевания.

Александр Мышкарев: Это японцы на АЭС Фукусима-1 ликвидировали последствия аварии в специальных защитных костюмах, плотно облегающих тело и голову. А мы – в тельняшках и марлевой повязке. Снимаешь ее, а вокруг рта – желтый ореол

Сейчас в «Союзе-Чернобыль» осталось 136 человек. Но союз этот крепок. Чувство локтя – здесь главное. Друг друга выручают даже в бытовых вопросах, а уж если дело серьезное – чернобыльцы друг за друга горой.

— У нас нет подковерной борьбы, не было попыток свержения руководства, — смеется Александр Мышкарев. — Бодримся, держимся. Знаете почему? Да потому что нам нечего делить. У общества даже нет расчетного счета. И я, как председатель, принципиально не участвую в грантах. Если занимаешься благотворительностью, то делай это бескорыстно.

В «Союзе-Чернобыль» привыкли больше отдавать, чем брать. 11 лет назад ликвидаторы взяли шефство над Рыбинским детским домом в микрорайоне Волжском. Навещают ребят с подарками, возят на экскурсии и пикники, знакомят с интересными профессиями. Дети были в ОМОНе, пожарной части, на аэродроме, судостроительном заводе «Вымпел» и «ОДК- Газовые турбины». Даже с мамой космонавта Алексея Овчинина познакомились.

В школах чернобыльцы проводят уроки мужества, дружат с юнармейцами. Александр Мышкарев – начальник штаба юнармии, председатель попечительского совета дома-интерната престарелых и инвалидов. А недавно ликвидаторы нашли товарищей в украинской Горловке и помогают им по мере сил.

— Своих льгот почти не осталось, отстаивать нечего. Внеконкурсное поступление в вузы – это для нас уже поздно, внеочередное устройство в дома-интернаты – рано, — с улыбкой говорит Александр Владимирович. – А желание помогать есть! И мы будем это делать, пока есть силы.

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.
Александр 17:50 | 17 Март 2019

Александр Мышкарёв не был сотрудником Волжского машиностроительного завода.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме