Жизнь по талонам

Юлия Галанцева

Отделы рабочего снабжения в войну спасли тысячи жизней. Листаем страницы истории ОРСов

«Пиво только для членов профсоюза!» – закрытое распределение ресурсов в СССР давно высмеяно сатириками. Но в условиях тотального дефицита система спасла миллионы жизней. Особенно ярко это проявилось в Великую Отечественную войну, когда каждый завод искал свои пути снабжения: заводил ли стадо коров или ловил рыбу, сажал ли картошку и морковь для столовой, посылал ли пионеров на сбор грибов и ягод.

Каждый раз, когда в стране наступал кризис, вводили карточки. В 1941 году на них перешли уже в августе. Распределять дефицитные ресурсы властям помогали ОРСы, отделы рабочего снаб-жения.

Колбасы на всех не хватит

Система, схожая с кастовой, где избранные получали спецпайки, хорошо питались и могли купить импортные вещи, существовала в стране с 1920-х – тогда возникли ЗРК, закрытые рабочие кооперативы. Сотрудника завода или института прикрепляли к магазину кооператива. Только здесь он мог отоварить свои карточки, выкупив ограниченный набор продуктов по госцене. Если товаров не хватало, приходилось брать что есть. «Отношение продавца ЗРК к покупателю зачастую такое – «бери, что дают, не задерживай очередь», — читаем в книге «История ценообразования в СССР».

Подобные ЗРК были в Рыбинске: например, с 1925 года работал кооператив «Кожевник» кожевенного завода им. Ленина. Труженики, оставшиеся без закрытых распределителей, вступали в Рыбинский центральный рабочий кооператив, гениально сокращенный до «ЦеРабКооп». В его магазинах продавали муку, сахар, масло, бакалею, мануфактуру – но лишь членам кооператива. Членство было платным: например, рыбинец Григорий Сабурин за 1931 год внес 62 рубля в год – это был его «дифпай», дифференцированный пай. Для сравнения: уборщица в это время зарабатывала сто рублей в месяц, сторож получал 130, а ученик слесаря – 120.

Куда что распределять, где что закупать – сообща обсуждали уважаемые горожане. Так, в марте 1926-го на очередном собрании ЦРК присутствовали журналист Алексей Сурков и военком Федор Харитонов, будущий генерал ВОВ. Они были уполномоченными – «мостом между рабочей членской массой и кооперативом».

После сворачивания НЭПа страна переходит к плановой экономике. Свободы стало меньше, а вот идея отдельно снабжать рабочих – наиболее ценный ресурс – пришлась государству по нраву. Тем более что в 1928 году в стране грянул продовольственный кризис, снова вводят карточную систему.

Читаем отчет ОГПУ в октябре 1930-го: «Напряженное положение с продуктовым снабжением в Ивановской области. Рыбинск за сентябрь недополучил 140 тонн муки. Сахар, сельдь, мыло не получены. Из 5350 т картофеля получено лишь 45 т». Не хватает и промтоваров. Так, в ноябре 1929-го очереди за керосином в Рыбинске достигали 600 человек, за валенками – полутора тысяч горожан.

Те крохи товаров, что есть, требуется разумно распределить. На основе закрытых кооперативов создают отделы рабочего снабжения, ОРСы. Сразу в систему вошли 262 завода – тяжелой, легкой и лесной промышленности. Через пять лет в стране действовало 3000 отделов, которые обслуживали более 20 млн человек – рабочих, служащих и их семьи.

Заводчане обедают в столовой — но и здесь в условиях дефицита есть разделение на более и менее избранных. Так, в 1930 году на рыбинском заводе «Металлист» рабочая бригада проверила качество обедов. «И уста-новила, что обеды для административно-технического персонала приготавливаются из лучших продуктов, чем для рабочих, хотя цены на обеды такие же», — говорится в сводке ОГПУ.

Не надо думать, что рабочие что-то из этого получают бесплатно – все это продается. Но денег недостаточно, нужны еще и карточки. И в условиях тотального дефицита получение права на приобретение товара превращалось в праздник. «Дали талон на сапоги!» — лучшее, что жена могла услышать от супруга.

И швец, и жнец

Торговали ОРСы через сеть магазинов, лавок, ларьков, столовых, буфетов. Покупателя могла встретить надпись: «Дефицитные товары отпускаются только прикрепленным гражданам, а хлеб, овощи и зелень всем». Товары брали из трех источников.

— Госфонд в порядке централизованного снабжения. Подсобное хозяйство. Децентрализованные заготовки – вылов рыбы, сбор грибов и дикорастущих растений, — перечисляет ивановский историк Илья Тряхов.

Получается, директор завода, подумав о запчастях и горящем плане, затем вынужденно размышлял о породах поросят и сортах корма для них. Каждый ОРС старался организовать подсобное хозяйство: свинооткормочный пункт, молочную, мясную ферму или птичник, рыбное хозяйство. На этом хозяйственники не останавливались. Они могли организовать бытовые мастерские: по ремонту одежды и обуви, лудильные, скорняжные мастерские.

Своего пика система достигла в Великую Отечественную войну: многие заводы, казалось, перешли на полное самообеспечение. К 1945 году ОРСов в стране уже 7600. Система обслуживала всех, кто находился на централизованном снабжении: заводчан, военных, служащих.

Так, на рыбинской артиллерийской базе сами обеспечивают себя продовольствием: всю войну выращивают картошку, капусту, морковь в собственном подсобном хозяйстве. Причем урожаи, как отмечают сами артиллеристы, собирают «обильные». Огурцов, например, 21 тонна с гектара. Интересно, что овощи растут в открытом грунте, без теплиц и пленки. Имеется при базе даже свой засолочный пункт. Ради молока и мяса здесь держат почти шесть десятков коров. Война шла, а хозяйство ширилось. В 1943 году открывают ферму водоплавающей птицы, для которой закуплено 117 гусей. А рыболовецкая бригада ОРСа добыла из Волги 26 тонн рыбы.

Свой ОРС и у речного порта. Здесь тоже выращивают картофель и овощи, которые размещают в двух овощехранилищах. Продукты и промтовары реализуют через сеть своих магазинов и столовых. В 1943 году для работников порта открыли сапожную мастерскую. И не только.

— Для снабжения рабочих и служащих порта создана бригада рыбаков. Рыболовство помогло существенно улучшить питание речников, — читаем в архивах предприятия.

Иногда ОРС не создает ничего с нуля, а лишь вбирает уже существующие объекты – видимо, для удобства управления. Так, в конце 1942-го создают ОРС на маслобойном заводе (бывший Коровкиных).

— На заводе уже было подсобное хозяйство, которое он передал в ОРС. А городской торговый отдел и трест столовых передают ему столовую, магазин, товары, инвентарь, склады, — сообщает архив.

Фабрика-кухня и совхоз «Красная горка» кормили специалистов завода №36 (будущий «ОДК-Сатурн»). Отделы рабочего снабжения были у элеватора, у гидроэлектростанции № 14 Мосэнерго, у пристани Переборы канала «Волга-Москва», при мельнице № 7 и авиационном техникуме, на кондитерской фабрике и на заводе дорожных машин.

После войны ситуация постепенно стабилизировалась, начала развиваться сеть магазинов Министерства торговли. Но ОРСы не ушли, они обслуживали трудящихся, занятых в отраслях со специфическими условиями производства: на транспорте, в добывающих и энергетических отраслях, строительстве, черной и цветной металлургии, лесной и деревообрабатывающей промышленности, мелиорации, водном хозяйстве.

Система ОРСов была удобна в огромной стране, где сеть магазинов Министерства торговли была плохо развита, а цеха и производственные участки были разбросаны по лесам, горам, тундре. К 1971 году их доля в товарообороте СССР составила 21%. В 1990-е из ОРСов вырастают первые коммерческие организации: кафе, магазины, фермы.

Официальная группа ВКонтакте газета «Рыбинские известия»

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных. Новости по теме