новости 1 июня 2011

По волнам памяти

Пушкин и Волга — трудно найти более русские имена, находящие отклик повсюду на одной шестой части суши. Их интригующую взаимосвязь обнаружил и проследил наш земляк, краевед и ученый Анатолий Носков. О чем и рассказал в своей новой книге

Пушкин — наше всё. Но нам, жителям ХХI века, этого мало. Вместе с тем о самом золотом поэте нашего золотого века написано столько, что открыть что-то новое, кажется, почти нереально. Анатолию Носкову удалось найти терру инкогнито в буквальном смысле у себя под боком — на берегах Волги. Но сначала немного об авторе.
Анатолий Иванович Носков родился в 1928 году в Рыбинске, где окончил 1-ю школу. Дальше судьба была связана с другим городом на Волге — с Самарой, где он живет сейчас. Без малого тридцать лет он возглавлял Куйбышевский плановый институт — Самарский государственный экономический университет. Ученый-экономист, педагог, выдающийся  краевед, сделавший значимый вклад в изучение истории Поволжья ХVIII — ХIХ веков.
«Волга в жизни и творчестве А.С. Пушкина» — тема его последнего исследования  свежо и ярко зазвучала и для краеведов, и для историков литературы, да и просто для широкого круга читателей, неравнодушных к отечественной культуре. Когда речь заходит о пушкинских местах, мы, как правило, вспоминаем Царское село, Михайловское, Гурзуф, Черную речку, наконец. Но никогда — Волгу. С аптечной щепетильностью краевед прослеживает «волжский след» в произведениях и биографии поэта. Длительные архивные поиски, скурпулезное копание в пестром ворохе пушкинских образов в стихах и в прозе. Более того, Носков выдвигает новые версии для объяснения записей в дорожной записной книжке 1833 года (поездка по городам и весям Средней Волги), местоположения прототипов сельских сцен в «Евгении Онегине», предпринимает попытку определить реальную географию топонимов, упоминаемых Пушкиным в «Дубровском» и лирике.
В пушкинский маршрут исследователь уверенно вписывает и Ярославль, отряхивая от векового забвения имена пращуров и родственников поэта. И каких! Григорий Григорьевич Пушкин, находившийся в близком родстве с прямыми предками Александра Сергеевича, служил воеводой в Ярославле в 1616-1618 годах. Он же несколько ранее, во время смуты, спас Нижний Новгород, усмирив в 1607 году бунты в Арзамасе и Ардатове, в 1608 году руководил полками, сражавшимися против польских интервентов, ему приписывается разгром крупного отряда окаянного пана Лисовского. В связи с этим символично, что у смуглого потомка воеводы образ Волги-матушки будет неразрывно связан с романтической темой народной вольницы, особенно в поэме «Братья-разбойники»,  «Песнях о Стеньке Разине».
В «Путешествии Онегина» автор отправляет героя плыть по Волге до Астрахани и оживляет «пышны воды» и «брега сыпучи» реалистическими зарисовками. Порой картинка рисуется «чрезвычайно рыбинская»:

…Бурлаки
Опершись на багры стальные
Унывным голосом поют
Про тот разбойничий приют,
Про те разъезды удалые,
Как Стенька Разин в старину
Кровавил волжскую волну.
Получается, волжане, несмотря на адские условия труда, — носители свободолюбивого духа, так высоко ценимого Пушкиным. Недаром он делает Поволжье родиной своих любимых литературных героев: Владимира Дубровского, Петра Гринёва («Капитанская дочка») и, по-видимому, Татьяны Лариной, как полагает А. И. Носков.
А вот эти строки поэт писал, словно из 1828 года перенесся в мечтах в современный Рыбинск:
 
Мосты чугунные чрез воды
Шагнут широкою дугой,
Раздвинем горы, под водой
Пророем дерзостные своды.
Кстати, Рыбинск в книге нашего земляка упоминается в числе волжских городов, где установлены памятники великому поэту.

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме