Темы 20 июня 2019

Последний приют

Кто должен заботиться о престарелых людях с деменцией? Нужна ли помощь волонтеров в уходе за тяжелыми пациентами? Сколько коек необходимо, для того чтобы принять всех лежачих больных?

Заведующий отделением сестринского ухода 3-й горбольницы Борис Загуляев рассказывает, каково это – каждый день проявлять милосердие к людям, которые не помнят себя, и заменить им родных и близких.

Заведующий отделением сестринского ухода 3-й горбольницы Борис Загуляев с пациентом

Утро в сосновом лесу

В живописном сосновом лесу, окружающем территорию городской больницы № 3 в Рыбинске, притаилось небольшое двухэтажное здание. Раньше здесь лежали инфекционные больные, а семь лет назад открылось отделение сестринского ухода. Теперь в этом месте — тяжелые пожилые пациенты с деменцией, инвалиды.

На первом этаже здания полным ходом идет ремонт. Строители делают «косметику», меняют сантехнику, ремонтируют палаты. На очереди — второй этаж, где размещаются пациенты. Серые стены оживляют цветы и живописные картины авторства завотделением Бориса Загуляева. Мы встретились с ним утром, сразу после завтрака.

Сквозь открытые двери палат видно пациентов — как правило, глубоко пожилых женщин в платочках. Они сидят и лежат на кроватях. С ними разговаривают санитарки. Ласково, просто, как с малыми детьми.

— Нина Николаевна, просыпайся. Кашу будешь есть? — спрашивает медсестра. В ответ доносится глухое бормотание.

Думается — не дай бог дойти до такого состояния, чтобы попасть сюда. Между тем для многих людей отделение сестринского ухода — великое благо.

— Сейчас общался с сыном пожилой пациентки, которая скончалась накануне. Бабушку привезли к нам несколько дней назад в жутком состоянии. Пытались помочь медикаментозно, но было уже поздно. Если бы пораньше, может, еще пожила, — рассказывает Загуляев.

Выпивающий сын сам не ухаживал за лежачей матерью и не хотел везти старушку в отделение. Скорее всего, боялся, что тогда не сможет пользоваться ее пенсией.

История каждого пациента отделения сестринского ухода — это драма о том, как от старости и болезней послушные прежде тело и мозг подводят человека. Многие в таком состоянии становятся не нужны родным и близким.

— Отделение сестринского ухода было создано семь лет назад, пять из них им руковожу я. В выходные, в отпуске — работа не дает покоя. У нас же контингент особый, много людей со старческим слабоумием, другими психическими заболеваниями. За ними нужен постоянный контроль. В отделении не хватает коек, нам нужно как минимум шестьдесят вместо сорока. Новые пациенты поступают постоянно. Только за последнюю неделю попросили разместить десять человек, — рассказывает Борис Загуляев.

К родственникам пациентов врач относится неоднозначно. С одной стороны, признает, что ухаживать за лежачим больным непросто, с другой — не понимает, как можно навещать близкого человека раз в месяц, а порой и реже. Бывает, что дочери и сыновья пациентов приезжают в отделение, только когда нужно пополнить запас памперсов. Да, старики не понимают, где находятся, и кто перед ними, но это не значит, что о них можно забыть.

Загуляев вспоминает, как в свое время его мать — известный в Рыбинске врач, начмед больницы — до последнего ухаживала дома за неходячим отцом. Вроде бы могла пристроить на больничную койку, но не стала, потому что считала своим долгом заботиться о близком человеке.

Слабые духом и телом

Вопрос о сыновнем долге щепетилен. Очевидно одно — лучше встречать старость в здравом уме и хорошем физическом состоянии. Но, к сожалению, универсального метода профилактики старческого слабоумия не существует. Даже активная умственная деятельность не спасет.

Борис Загуляев вспоминает, что за время существования отделения сестринского ухода у нескольких пациентов была диагностирована болезнь Альцгеймера. У одной пациентки – майора милиции с двумя высшими образованиями, свободно говорившей на английском и французском языках, — болезнь проявилась рано, в 60 лет.

Все очень непросто в работе с пожилыми людьми.
Как отнестись к родственникам, сдавшим престарелого родителя на попечение врачей?
Что выбрать – лечение медикаментами или душевные разговоры и создание домашней атмосферы?

В отделение сестринского ухода попадают и в более молодом возрасте. Через него проходит немало человек без определенного места жительства. Бродяг привозят из городских больниц, куда они поступают с травмами и обморожениями. Медсестры отмывают их, бреют, стригут, выводят вшей, а заведующий нередко помогает выправить утерянные документы и оформить пенсию. В его должностные обязанности это не входит, но чисто по-человечески ему жаль своих пациентов.

— Однажды к нам попал мужчина лет пятидесяти. Он упал на улице и мало что помнил о себе. Долго пришлось выяснять, кто он и где прописан. Через полицию нашли адрес жены, с которой он не жил последнее время. Когда приехали к ней, выяснилось, что она сама его разыскивает уже полтора года. Никогда не забуду, как эта пара после всех перипетий под ручку уходила от нас, — вспоминает заведующий.

К сожалению, историй со счастливым исходом — единицы. Для многих отделение сестринского ухода становится последним приютом. Недавно отсюда в последний путь отправился бездомный пациент, который прожил в учреждении семь лет.

Помощь: за и против

Деменция, болезнь Альцгеймера, состояние после инсультов с необходимостью зондового питания — вот далеко не полный перечень диагнозов пациентов отделения сестринского ухода. Список обязанностей его медперсонала еще больше — ежедневный уход, стрижка, мытье, обработка от пролежней (поскольку из всего отделения самостоятельно ходить могут и хотят только 3-4 человека), выдача лекарств, улучшающих кровоснабжение головного мозга.

Периодически в отделение заглядывают представители общественных организаций, волонтеры. Борис Загуляев рад всем, кто может хоть в малой степени разделить груз ответственности, но с оглядкой на специфику лечебного учреждения.

— Были у нас недавно общественники. Обещали сделать лавочки для пациентов, погуляли с ними вокруг отделения. Только ходячих-то у нас единицы. За остальными нужен специализированный уход. В нашем случае волонтеры должны уметь поменять памперсы, вымыть старушку, поддержать старика, — рассказывает Загуляев. — Медперсонал готов научить всех желающих уходу за тяжелыми больными, в том числе и родственников. Главное, чтобы эти желающие были.

На вопрос, стоит ли как-то разнообразить досуг подопечных, больше разговаривать с ними, заведующий качает головой. Попробовать можно, но нужно учитывать специфику подопечных сестринского ухода.

— Надо быть готовым к не самым приятным зрелищам и эмоциям. Пусть волонтеры приходят, я только за. Но предугадать, как отреагируют пациенты, предсказать возможную пользу от такого общения я не берусь, — говорит заведующий.

Он вспоминает встречу с Нютой Федермессер, которая ратует, чтобы в интернатах для больных и пожилых людей создавали условия, максимально приближенные к домашним. Вплоть до того, чтобы они могли держать домашних животных.

— В нашем случае — это почти утопия. Такие условия можно создать только для пациентов с сохранным интеллектом, которые смогут понять и оценить. Уход, медикаментозную поддержку я считаю более важным делом, — настаивает Борис Загуляев.

Вот если бы кто-то помог отделению приобрести специальную многофункциональную кровать стоимостью 380 тысяч рублей! На ней можно не только транспортировать больного, но и купать его. Вот это была бы реальная помощь.

 

Комментарии Отправляя комментарий, я даю согласие на обработку персональных данных.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости по теме